Медсёстры ещё разговаривали, но Ирина уже не слушала, вернее, больше не слышала их. В голове шумело, набатом били слова про опухоль. Ирину бросило в жар, к горлу снова подступила тошнота. «Господи, это же я Колесникова, это они говорят про меня. У меня что, рак? Завтра меня перевезут в онкологию? Почему доктор мне не сказал, не хотел пугать заранее?»
Ирина не могла ни о чём думать, её всю трясло. Она с трудом отлепилась от дивана, держась за стену, добралась до палаты, легла на кровать. Её душили слёзы отчаяния и страха.
Вернулась соседка. Ирина отвернула голову к окну.
— Ты чего, плачешь? Позвать кого? — спросила соседка.
— Не надо. — Ирина встала с кровати и вышла в коридор.
Она спустилась на первый этаж. День стоял тёплый, светило солнце. Ирина вышла на улицу. Многие больные гуляли в больничном парке. На неё никто не обращал внимания.
Нет, никуда она не поедет, ни в какую онкологию. Что сказал доктор? Ей осталось мало? Она помнит, как умирала мама. После операции каждые три недели она ложилась в больницу на химиотерапию. Прошла около тридцати курсов. Потом сама отказалась. Устала. Становилось всё хуже….
Ирина остановилась и оглянулась на больничный корпус. Вещей у неё с собой нет. Но в халате лежат ключи от квартиры и паспорт. Она не хочет, не сможет, как мама. Она сейчас просто уйдёт отсюда. И Ирина пошла к ограде.
То короткое время, которое ей осталось, она проведёт дома. Хотя бы не облысеет. Ирина шла пешком, присаживалась на скамейки, встреченные на пути. Но сидеть холодно. Всё-таки сентябрь. На неё косились прохожие, но Ирина не обращала внимания. Какая разница, что о ней подумают. Это уже не имеет значения.
Дома она залезла под душ, смыла больничный прилипчивый запах. Потом заварила крепкий чай. Живот ныл, но терпимо.
Ирина то плакала, то впадала в состояние безразличия. Что она видела в жизни? Кто похоронит её? Некому навещать её могилку. Никто не вспомнит о ней, разве что Женька.
Она целыми днями лежала. Вставала с кровати только попить чаю и в туалет. Через три дня она встала. Чувствовала себя хорошо, выспалась. Долго разглядывала себя в зеркало. Мама перед смертью сильно похудела, кожа пожелтела. Ирина не видела у себя ничего подобного.
Худая она всегда была. Ещё бы. Развод, болезнь мамы, похороны, изматывающие отношения с Женькой. Хотя нет, с ним она была по-настоящему счастлива. Она взяла телефон и отправила его номер в чёрный список. А дверь она ему не откроет. Пусть запомнит её такой.
Ирина оглядела квартиру. Нужно написать завещание. Пусть достанется двоюродной сестре матери, чем чужим людям. Она позвонила и записалась на приём к нотариусу. Золота у неё нет, только колечко обручальное да серёжки золотые. Вот и всё богатств. Всю жизнь мечтала о шубе, да так и не купила.
С чувством выполненного долга Ирина сделала яичницу и с аппетитом поела.
