Ночью ей приснилась мама. Она выглядела прежней, как до болезни. Так же строго смотрела, когда была недовольна Ириной. «Мама! Как ты?» «У меня всё хорошо. А вот ты…» «Мам, что я не так сделала?» Ирина проснулась от собственного крика. Сердце бешено колотилось в груди.
Ирина включила бра. Так и не уснула больше, пыталась разгадать сон.
Вот так же мама смотрела на неё, когда в седьмом классе Ира сбежала с уроков в кино. Её встретила в кинотеатре мамина знакомая и сдала матери. Влетело тогда Ирке здорово.
А сейчас, что не так? Может, надо на кладбище сходить? Говорят, что умершие напоминают о себе, когда их могилы долго не навещают.
На следующий день Ирина поехала на кладбище. Автобус шёл мимо больницы, в которую её отвезла «скорая». Повинуясь какому-то внутреннему толчку, Ирина вышла у больницы. Перед зданием она остановилась. Зачем пришла сюда?
— Колесникова! Что же вы сбежали из больницы? Нехорошо. А если бы осложнение? А мне отвечать за вас? Больничный открытый, — как школьнице выговаривал Сергеев. — Вроде взрослая женщина, а ведёте себя, как ребёнок. Вы как себя чувствуете?
— Хорошо.
— Пойдёмте.
— Зачем? — испуганно спросила Ирина и даже шагнула назад. — Я решила, я не поеду в онкологию.
— Что вы несёте? С вами действительно всё в порядке?
— Послушайте, не надо жалеть меня. Я слышала разговор. Медсестра говорила кому-то, что у Колесниковой, у меня последняя стадия и…
— Какая медсестра? Ничего не понимаю.
— Медсестра на посту. Я шла к вам, хотела спросить… Неважно. И услышала её разговор с другой медсестрой.
— Так. Пойдёмте. Сейчас разберёмся. — Сергеев оглянулся на Ирину. — Да не бойтесь вы.
И Ирина пошла с ним. Она вдохнула специфический запах больницы, и страх снова овладел ею. Сергеев привёл её в ординаторскую и вышел. Ирина сидела, как на иголках, порываясь сбежать. Она даже встала, но в двери столкнулась с Сергеевым.
— Вот. — Он положил перед ней две карты.
На обоих была написана её фамилия. Ирина не сразу заметила, что имена и отчества разные. Колесникова Ирина Александровна и Колесникова Изольда Альбертовна, тысяча девятьсот семьдесят первого года рождения.
Наконец, она подняла глаза на Сергеева. Он улыбался.
— Поняла? Фамилия не редкая. Так бывает. Однажды у меня лежали два пациента с одинаковыми фамилиями и именами. Они даже жили на одной улице. Год рождения разный. Представляете?
— Значит, у меня ничего нет? Я здорова?
— Ну… Одну трубу я всё-таки вам удалил, — улыбнулся Сергеев.
Ирина вскочила со стула, подошла к нему, обняла и заплакала.
— Ну вот. Надеюсь, от радости? — спросил Сергеев. — Сядьте. — Он отлепил её от себя, усадил на стул, принёс стакан воды.
— Я думаю, такое случается, чтобы предупредить нас. Судьба показывает, что если мы что-то не изменим в жизни, то это может случиться на самом деле. Подумайте об этом.
Ирина так сильно закивала, что голова закружилась.
— Спасибо. Я всё поняла. И, пожалуйста, не наказывайте сестёр.
