Можно, конечно, обратиться в полицию, подключить папиных коллег, но ради мамы Егор не стал этого делать. Она расстроится, а ей нельзя волноваться. Золота было мало, а деньги… Он вложит свои, скажет маме, что её «друг» не нашёл их. «Ах, мама, нельзя быть такой доверчивой». Он и сам хорош, уговорил её поехать в санаторий. Но кто ж знал?
На следующий день Егор поехал к маме в больницу. Выглядела она гораздо лучше. Сразу стала спрашивать о Павле Петровиче.
— Он уехал в Питер, — сообщил Егор.
— Прости меня, сынок. Я не знаю, что на меня нашло. Словно под гипнозом была. Опоил он меня, что ли? Как я могла? Надеюсь, папа не узнает. Мне так стыдно. Он… скажи, он украл что-то? Господи, никогда не прощу себе.
Мама поправилась. Было жалко украшений. Но она их редко надевала. Память об отце ведь в сердце живёт. Главное, все живы. Кто знает, на что оказался бы способен этот Павел Петрович?
После больницы Егор стоял на остановке и ждал автобус. Рядом стояла хрупкая грустная девушка.
— Вы не двадцать первый автобус ждёте? — спросила он, совершенно не имея представления, ходит ли тут автобус с таким номером.
— Да, а что? — спросила девушка.
— Значит, нам с вами по пути, — улыбнулся Егор…
«У каждой женщины огромный букет достоинств и один очевидный недостаток — они слишком доверчивы.
Доверять людям нельзя — жить без доверия невозможно»
Петр Квятковский
