Прозвенел звонок, и школьные коридоры постепенно опустели. Учителя расходились по классам, подгоняя припозднившихся учеников.
За окнами шумела молодая листва, солнце манило на улицу. Светлана Владимировна остановилась перед дверью в класс. Ей, как и ученикам, хотелось всё бросить и пойти гулять по весеннему городу. Она вздохнула и вошла в класс. Ученики седьмого «б» с шумом встали.
— Good morning. Sit down, please (С добрым утром. Садитесь, пожалуйста), — сказала она, проходя к учительскому столу.
— Who is absent today? (Кто сегодня отсутствует?), — спросила она, окинув класс быстрым взглядом.
Отличница Аня Синичкина встала и сказала по-английски, что Рябова болеет, и отсутствует Коля Гинсбурга. Она всегда быстро реагировала, потому что лучше всех говорила по-английски. По классу прошла волна ропота.
— Миша, что с Колей? — спросила Светлана Владимировна по-русски.
Миша Лыков был соседом Коли по дому.
Все в школе знали, что отец Коли год назад вышел из тюрьмы, нигде не работал, пил и нещадно бил жену. Сыну тоже доставалось, когда он заступался за мать. Коля часто приходил на уроки с синяками. Перед физкультурой он заходил в раздевалку после всех, чтобы ребята не видели почерневших синяков на его теле. Но все знали, что отец распускает руки. Сосед Мишка Лыков рассказывал.
Светлана симпатизировала Коле и жалела. Мальчик красивый, не по годам развитый. В неблагополучных семьях дети взрослеют рано. Учился он хорошо, быстро всё схватывал. Вот только английский ему не давался, но он старался.
После института Светлана вернулась в свою школу учителем английского языка. Не хотела оставлять маму одну, поэтому не уехала в Москву, не устроилась работать в частную школу, как сделали многие из её сокурсников.
Старшеклассникам английский преподавала более опытная учительница. Светлане досталась средняя школа. Поначалу, конечно, уроки ей срывали, а потом привыкли и полюбили молодую учительницу. Одевалась она строго, но из-под маски напускной серьёзности часто проглядывала добрая улыбка и смешинки в глазах.
Девчата перенимали манеры начинающей учительницы, а мальчишки свою влюблённость прятали за грубостью. С этого года Светлана Владимировна взяла классное руководство над седьмым «б».
— Светлана Владимировна, вчера его отец снова напился, мать Колькину бил. Крики весь дом слышал. Ночью «скорая» мать забрала в больницу. Колька вызвал, когда отец заснул. А те уж полицию вызвали. Отца забрали, и Кольку тоже, пока не найдут его родственников.
— Как?! — ахнула Светлана Владимировна и снова обвела взглядом класс. Притихшие ученики ожидали от неё каких-то разъяснений, слов. Что сказать?
— Хорошо, после уроков я пойду в полицию и всё узнаю.
По классу прошёл ропот облегчения.
Перед глазами Светланы стояло лицо тринадцатилетнего Коли. Сколько раз она спрашивала его, нужна ли помощь, но он испуганно мотал головой. На уроках она часто ловила его пронзительный взгляд, от которого смущалась, краснела и сбивалась.
Класс замер в ожижании.
