В груди что-то сжалось. Аня глубоко вдохнула, пытаясь справиться с волной возмущения. Неужели вот так просто можно прийти и занять чужое пространство? Даже не спросив? Даже не позвонив?
— Анечка, у вас штопор есть? — из дома высунулась дама в кимоно. — А то мы вино привезли.
— Иду, — механически ответила Аня, чувствуя, как её собственный дом превращается в чужую территорию.
Она зашла на кухню и замерла.
Тамара Борисовна уже хозяйничала у плиты, что-то нарезая на разделочной доске. На столе громоздились пакеты с продуктами. Кто-то уже переставил посуду на полках.
— Аня, а у вас специи где? — свекровь даже не повернулась. — У меня свой рецепт маринада, все обожают!
Всё произошло так быстро, так неожиданно. Ещё полчаса назад они с Лёшей наслаждались покоем и звуками леса за забором.
А теперь… теперь дом наполнился чужими голосами, чужими запахами, чужими решениями.
— Тамара Борисовна, мы не готовились к гостям сегодня, — попыталась сказать Аня.
— Вот и замечательно! Самые лучшие праздники — спонтанные, — свекровь подмигнула ей. — Не переживай, мы всё сами организуем. Ты просто расслабься!
Расслабься… Как будто это возможно, когда твоё личное пространство рушится на глазах.
Аня проснулась от звона посуды и громкого смеха. Часы показывали семь утра.
Она лежала в гостиной на диване, завернувшись в тот самый плед с винным пятном — единственное место, которое ей удалось забрать к концу вчерашнего дня. Лёша спал рядом, свернувшись в неудобной позе.
В их спальне устроили двух гостей — «им же с дороги отдохнуть надо». Ещё трое расположились в кабинете. Тамара Борисовна заняла гостевую комнату, конечно же.
— Доброе утро, соня! — свекровь заглянула в гостиную с чашкой кофе. — Я нашла твою турку, варю всем кофе.
Кстати, у вас сахар заканчивается, я список составляю, что докупить.
Аня села, потирая затёкшую шею.
— Тамара Борисовна, вы… сегодня уезжаете?
Свекровь посмотрела на неё с удивлением:
— Куда такая спешка? Праздники только начались! Три дня впереди.
Аня бросила взгляд на кухню. Стол завален объедками вчерашнего пиршества, на полу крошки, в раковине — гора грязной посуды. Кто-то уже жарил яичницу, напевая песню из 80-х.
— Но мы не планировали…
— А чего планировать? — перебила свекровь. — Семья должна быть вместе в праздники. Лёшенька всегда это понимал.
Аня беспомощно посмотрела на мужа. Он открыл глаза, поморщился от головной боли.
— Мам, может, вы правда сегодня…
— Сынок, — Тамара Борисовна присела рядом с ним, — ты всегда был домашний, не спорь.
Я понимаю, Анечка у нас немного… не привыкла к шумным компаниям. Но ничего, освоится! Кстати, мы с Верой подумали — а что если в саду сделать небольшую площадку для наших театральных репетиций?
Лёша поднялся, потирая виски:
— Какую ещё площадку?
Но Тамара Борисовна уже выплыла из комнаты, увлечённая новой идеей.
К обеду дом превратился в настоящий балаган. На заднем дворе снова дымился мангал.
