— Этот дом всегда пах яблоками, — сказал отец, разглаживая чертежи на веранде. — Когда я проектировал эту крышу, думал о тебе малышкой.
Лиза улыбнулась, придерживая края чертежа. Утреннее солнце растекалось по террасе, создавая ощущение, что мир наполнен медом. Сосны за окном дышали хвоей, а старые чертежи пахли мечтами и памятью.
— Тебе было четыре, — продолжил отец, — когда я нарисовал первый эскиз. Смешно, но я даже предусмотрел выемки в лестнице, чтобы твои игрушки не падали.
Марина вышла из дома с подносом. Ее длинное платье шуршало по деревянному настилу. Она поставила поднос так осторожно, словно боялась потревожить воздух.
— Андрей, может хватит копаться в прошлом? — Марина поджала губы. — Лизе восемнадцать, пора взрослеть, а не разбирать старые проекты.
Лиза почувствовала, как воздух застыл. Всегда так — когда появлялась мачеха, словно выключали цвета. Три года брака отца с этой женщиной, а ощущение инородности не исчезло.
— Архитектура — это семейное, — отец подмигнул дочери. — Лиза поступает на архитектурный, ей полезно.
— Ну конечно, — Марина разлила чай. — Надеюсь, в своем будущем доме она будет поддерживать порядок лучше.
Вечером Лиза сидела за фортепиано. Пальцы скользили по клавишам, извлекая мелодию Шопена. Музыка обволакивала гостиную, заполняя каждый угол.
— Может, уже достаточно? — В дверном проеме появилась Марина. — Некоторым завтра рано вставать.
Лиза остановилась на полутакте. Звук смялся, как бумага.
— Прости, — она закрыла крышку инструмента.
Марина прошла по комнате, проводя пальцем по полкам.
— В этом доме нужно немного больше порядка, — она стряхнула несуществующую пыль с пальцев. — Когда живешь в семье, нужно учитывать интересы всех.
Лиза кивнула, не поднимая глаз. Семья. Странное слово. У нее была семья — папа и она. А потом появилась эта женщина с идеальной осанкой и холодной улыбкой.
Позже отец зашел в комнату Лизы. Она сидела на подоконнике, обхватив колени и глядя на звезды.
— Не принимай близко к сердцу, — он сел рядом. — Марина просто… другая. Она любит структуру.
— А ты любишь хаос, — улыбнулась Лиза.
— Творческий беспорядок! — шутливо возмутился отец. — Знаешь, я хочу, чтобы ты кое-что запомнила.
Он вдруг стал серьезным.
— Если со мной что-то случится — знай, ты сможешь стоять на ногах. Я всё предусмотрел.
Лиза сжала его руку:
— Пап, что за мрачные мысли?
— Просто констатация факта, — он растрепал ее волосы. — Архитектор должен предусматривать все сценарии.
Следующим утром Лиза проснулась от звука капель, бьющихся о крышу. Дождь был настойчивым, барабанил по стеклу. Она спустилась вниз, чувствуя странное напряжение в воздухе.
Марина сидела в кресле, неестественно прямая и бледная. Когда она повернулась к Лизе, ее глаза были удивительно пусты.
— Твой отец, — голос Марины звучал отстраненно. — Он попал в аварию. Звонили из больницы.
Мир вокруг застыл. Лиза схватилась за перила лестницы.
— Что с ним? Он…
