Из зала суда Эдик выходил с видом победителя, словно получить развод и потерять половину квартиры — это какое-то достижение. Он держал под руку Анжелу, которая даже не пыталась изобразить сочувствие.
— Поедешь теперь в свою глухомань и будешь там курам ногти красить и козам копыта пилить! — бросил он Свете напоследок. — На большее ты не способна!
Света только удивлённо вскинула брови. Да, квартира досталась Эдику, но он должен был выплатить ей половину стоимости. Так что его веселье было непонятно. И она не считала родной посёлок, где живут её родители, глухоманью. Эти слова лишь подтверждали, что она правильно поступила, разведясь с ним.
Вещи она перевезла за день. Деньги получила в оговоренные сроки и после постаралась полностью выбросить из головы и бывшего мужа, и его пассию. Всю энергию, всю злость и обиду от предательства Света направила на достижение своей цели.
И забегая наперёд, можно сказать, что у неё всё получилось.
Целый год Эдик тоже не вспоминал о бывшей жене. Нет, он, конечно, всё ещё посмеивался время от времени над тем, как эта «клуша променяла хорошую работу на пилку для ногтей», но уже без того запала, как раньше. Да и времени на это особо не было — его новая женщина вообще не искала работу, а потому ему приходилось трудиться и ещё раз трудиться, чтобы обеспечивать достойную жизнь этой «красоте».
Он раздражался из-за этого, но признаваться, что она ему надоела, не хотелось даже самому себе. А потому он трудился и рассказывал всем, что прекрасно живёт, и сожительница у него «что надо». О том, что готовит, убирает и даже стирает дома сам, он предпочитал умалчивать, опасаясь справедливых насмешек. Даже его мать не знала всей правды и считала новую кандидатку в невестки ангелочком и святой.
В тот день Эдику хотелось только одного: упасть и проспать до обеда следующего дня. Но молодая подруга не дала его мечтам сбыться.
— Котик, — промурлыкала она, лёжа на кровати с телефоном в руках. — Мне деньги нужны.
— Зачем? — пробурчал он в подушку.
— Мы поедем на шопинг!
— Зачем?
— Фу, какой ты, котик, — надула губки Анжела. — Задаёшь мне много ненужных вопросов. Ну какая-то жуть просто! Почему нельзя просто согласиться?
— Потому что я не миллионер, — он перевернулся на спину и недовольно взглянул на сожительницу. — Мне приходится работать в две смены, чтобы ты бегала на свой шопинг. Справедливо, что я хочу знать, куда тратятся мои денежки. И зачем?
Милашка поморщилась:
— Ты скряга, Эдик. Мне жаль твою бывшую жену… Деньги мне нужны для тебя. Мы купим тебе костюм.
Эдик напрягся:
— И на кой он мне сдался, этот костюм?
— В городе праздник в честь нового мэра. Приглашены только избранные, — с гордостью сообщила Анжела. — А я достала приглашение! Так что праздник твой отменяется.
— Нет уж, и ничего не отменяется. Я что-то обязательно придумаю, — твердо сказала она, и Эдик понял, что спорить бесполезно.
