На другом конце провода раздался смешок.
— Так мама уже привезла вещи? Быстро она. Я думал, они только к вечеру доберутся.
— Ты знал?! И ничего мне не сказал?
— Ларис, ну не драматизируй. Мы же через неделю будем мужем и женой. Я буду жить у тебя. Какая разница — сегодня перевезти вещи или в день свадьбы?
Лариса глубоко вдохнула. В его словах была логика, но…
— Разница в том, Женя, что я имею право знать, когда в мою квартиру заявится толпа незнакомых людей. И имею право решать, когда ты переедешь.
— Но мы же обсуждали, что будем жить у тебя, — в его голосе звучало удивление. — У тебя двухкомнатная, просторная… Моя комната у матери, на неё теперь претендует брат.
Лариса прикрыла глаза. Да, они действительно говорили об этом, и в глубине души она согласна была, что ее квартира — лучший вариант. Но не так, не сейчас, не в этом бардаке!
— Ты хотя бы мог предупредить, — уже тише сказала она. — Я бы подготовилась, освободила шкафы…
— Прости, родная, — в его голосе наконец появились нотки раскаяния. — Я просто… видишь ли, мама взяла инициативу в свои руки. Я вечером приду и постараюсь разобрать вещи, ладно?
Лариса вздохнула, глядя через стекло балконной двери, как Ирина Михайловна уверенно расставляет фигурки на ее книжной полке.
— Женя, тут еще кое-что, — осторожно начала Лариса. — Твоя мать привела какого-то нотариуса. Он требует, чтобы я подписала брачный договор. Сейчас. В халате, с мокрой головой.
В трубке раздался смех. Громкий, искренний смех.
— А, так она всё-таки решилась! Это ее идея фикс. Не переживай, там совершенно стандартная бумажка. Кстати, она тебя подстрахует.
— Подстрахует? — Лариса недоумённо нахмурилась. — От чего?
— Ну… — Женя замялся. — Ты же знаешь, как в России законы устроены. Ничего противозаконного, честное слово! Мама просто хочет, чтобы все было цивилизованно.
— Женя, я не буду ничего подписывать, не прочитав и не обсудив с тобой, — твердо сказала Лариса.
— Почитай, почитай, — снова засмеялся он. — Просто типовой документ. Ладно, солнце, мне пора бежать. Вечером буду, всё объясню. Целую!
И он отключился, оставив Ларису стоять на балконе с телефоном в руке и тяжелым чувством недосказанности. За стеклом балконной двери Ирина Михайловна помахала ей рукой и показала на часы — нотариус, очевидно, торопился.
Лариса глубоко вздохнула. Через неделю свадьба. Через неделю она станет частью этой семьи. Но почему уже сейчас у нее такое ощущение, будто она теряет контроль над собственной жизнью?
***
Лариса вернулась в квартиру. В прихожей она столкнулась с ещё одним визитёром — крепкого телосложения молодым человеком, который тащил очередную коробку. Кирилл, брат Жени.
— О! Ларисочка! — искренне обрадовался он. — Наконец-то живого человека вижу, а то только командиры вокруг.
Он опустил коробку и отёр пот со лба.
— Ты как? Держишься? — он подмигнул Ларисе, кивнув головой в сторону гостиной, где всё ещё распоряжалась Ирина Михайловна.
— Пытаюсь понять, что происходит, — честно призналась Лариса, поплотнее запахивая халат.
