— Она говорит, что мне не дашь больше тридцати пяти. И что я самый интересный мужчина из всех, кого она встречала.
Спорить было бессмысленно.
За двадцать с лишним лет брака она научилась угадывать моменты, когда Андрей полностью погружался в свои фантазии.
Но это была самая грандиозная из всех.
— Что мне сказать девочкам?
— Скажи, что я поживу отдельно. Мне нужно пространство для развития.
Он застегнул чемодан.
— Я буду переводить деньги на продукты. Иногда.
Первые недели Марина жила словно в тумане.
Чувство потери, обиды, беспомощности накатывало волнами.
И только мысль о дочерях заставляла вставать по утрам.
Лиза молча поддерживала мать.
Катя плакала по ночам… пока не узнала о Кристине.
Тогда слёзы высохли, а в глазах появилась холодная решимость.
— А знаешь, мам, — сказала она однажды за завтраком, — папа нам сделал одолжение.
Марина удивлённо подняла брови.
— Ну, мы с Лизой уже обсуждали. Когда он жил с нами, всё крутилось вокруг него. Его настроение. Его требования. Его недовольство.
Катя задумчиво покрутила ложку в чашке.
— А теперь так спокойно…
Без вечного раздражения Андрея жизнь стала проще.
Она перестала тратить время на поиски экзотических продуктов для его ужинов.
Не нужно гладить его рубашки, брюки с идеальными стрелками.
Никто не критиковал её за «неумение экономить»… хотя именно она всегда была финансовым директором их семьи.
Марина взяла новый проект.
Как оказалось, её доход теперь практически равнялся зарплате Андрея.
А когда к её заработку добавились деньги дочерей — несмотря на протесты матери, они настаивали на своём вкладе — семейный бюджет почти не пострадал.
Через три месяца Андрей позвонил.
Голос был странно глухим.
— Ты не могла бы одолжить немного денег? Я верну через неделю.
— Да так… временные трудности. Задержки. Квартиру нужно оплачивать…
Марина отдала. И через неделю. И через две.
Следующий раз он позвонил из больницы.
— Язва обострилась, — пожаловался он. — Меня на больничный не хотят оформлять…
Она передала деньги с Лизой.
Дочь вернулась хмурая.
— Папа постарел, — только и сказала она.
Марина обнаружила Андрея у двери своей квартиры.
Осунувшийся. С потухшим взглядом.
Он огляделся, словно видел квартиру впервые.
Марина сделала ремонт.
Сменила тяжёлые шторы, которые когда-то выбрал Андрей, на лёгкие и светлые.
— Красиво, — сказал он. — Даже уютно…
Она смотрела на него спокойно.
— Что тебе нужно, Андрей?
— Сказала, что я слишком старый и скучный…
— Денег мало приношу.
— Я не могу больше оплачивать квартиру. Пришлось переехать к маме.
Марина вспомнила Нину Петровну — женщину, которая всегда считала, что её сын женился не на той.
— Она всё ещё живёт прошлым, понимаешь?..
Он посмотрел на неё с мольбой.
— Я много думал… Я совершил ошибку. Хочу вернуться. Начать всё сначала.
За эти месяцы она научилась улыбаться.
Начала ходить в спортзал.
Вместе с дочерьми они съездили на море.
И взяли кредит, который успешно выплачивали втроём.
— А я не хочу начинать сначала, — тихо сказала она.
— Мне нравится моя жизнь сейчас.
