Теперь муж всё чаще нелицеприятно высказывался по поводу того, что она утратила свою прежнюю стройность. Критика в адрес жены стала звучать всё чаще, теперь Николая не устраивала её короткая стрижка. Ему хотелось, чтобы у Вали были шикарные длинные волосы, которые она могла бы завивать в красивые локоны или укладывать на голове разными способами.
— Какая у Виталия жена красивая! Вот что значит причёска для женщины! У настоящей женщины должны быть длинные волосы, а не эта твоя мальчишеская стрижка! Тебе самой не надоела она ещё? — восхищался Николай женой друга на совместной гулянке, постепенно переводя тему на критику жены.
Мужу не нравилось то, как Валентина одевается, какие у неё ногти и кожа. И вообще — всю свою женственность, которая была у неё по молодости, Валя потеряла. Так и говорил ей всегда недовольный Николай, считая себя вправе делать подобные замечания.
Однажды он не взял её с собой на корпоратив по поводу юбилея фирмы, куда все сотрудники были приглашены с супругами и мужьями.
Зная о предстоящем событии, Валентина заранее подготовилась — купила красивое тёмно-синее платье свободного кроя, очень хорошо скрывающее недостатки её фигуры. Платье очень шло ей, она и сама это видела, да и продавщица в магазине даже языком причмокнула от восторга.
— Вот, это именно то, что вам нужно! Посмотрите, как этот цвет оттеняет ваши глаза и волосы, а фигура! Да у вас просто идеальная фигура в этом платье! — радостно воскликнула девушка в магазине модной одежды.
А ещё Валя подобрала к платью туфли на высоком каблуке — она так любила в молодости ходить на каблуке, что и сейчас не удержалась. Ей казалось, что она смотрится килограмм на пять-десять легче. Кроме того, она записалась на укладку и маникюр, чтобы на юбилее фирмы, где муж проработал много лет, выглядеть не хуже других.
— Ты это… Не собирайся. Я на корпоратив иду один, — заявил Николай в день праздника.
— Как один? А я? — растерялась Валя. — Я же готовилась!
— А ты дома посидишь. Ничего страшного. С девчонками вон уроками позанимаешься.
— Но почему? — слёзы выступили на глазах Валентины.
— Мне стыдно быть рядом с тобой. В прошлый раз на юбилее у Саши от стыда не знал куда деваться. У всех жены, как модели, а ты у меня — деревня деревней!
— И чем же это в деревне плохие? — вдруг с вызовом спросила Валя, оскорбившись. — Помнишь, к сестре двоюродной ездили, ты очень ею восхищался! Говорил комплименты, глазами сверкал.
— Ну, значит, ты — не самый лучший деревенский вариант. Сиди дома, я один пойду. Постараюсь недолго. Вернусь, может, с девчонками в парк сходим, — сказал Николай.
Валя тогда плакала от обиды, когда он ушёл. Позвонила свекрови, чтобы пожаловаться на её сына. Но та только сказала ей, что и отец Николая тоже был грубиян.
— Ну, не расставаться же из-за этого, Валечка! Тебе о детях нужно думать уже больше, не о себе.
— Да, да, — растерянно соглашалась с ней Валя.
