— Что врач посоветовал, то и готовлю, — вытирая пол, проговорил я.
Я понимала, ей тяжело смириться с участью инвалида. Думаю, это пройдет.
— Я хочу нормальную еду, а не это вот все, — тарелка как бы случайно выскользнула из рук свекрови.
— Позови Пашу. Я его родила, воспитала, вот теперь пусть он за мной следит.
Паша продержался неделю. В тот день он не вышел из комнаты матери — вылетел и громко хлопнул дверью.
— Паш, не злись, — мне было жалко на него смотреть, — ей очень плохо, ее можно понять.
— Понять, — лицо мужа вспыхнуло румянцем, — ты ее никогда не поймешь.
Из его рта просто полился каскад слов. Пашка рявкал и обливался потом. Я узнала, что она до сих пор уговаривает сына развестись, пытается доказать, что Саша не от него. По ее словам, теперь уже и пенсию я у нее краду, хотя, мы на свои деньги оплачиваем ее лечение, ни копейки у нее не взяли.
Спокойно все выслушав, я пообещала, что свекровь изменится и очень скоро. Сейчас нужно войти в ее положение. И да, мама одна, и ее нужно беречь, нужно, но только не эту змею.
Осознание всего ужаса пришло ко мне тогда, когда сын Саша начал вести себя точно так же, как и бабушка. Швырял тарелку на пол, плевался и начал использовать бранные слова.
— Эта гадость не лезет в глотку! — вопил он, скидывая тарелку с кашей на пол. — Я хочу нормальную жратву!
Саша то и дело откровенно портил мне настроение, кидался едой и специально обливался. Тактичные уговоры не дали результатов. Потом дошло до того, что Саша стал ходить под себя — мать выстирает, никуда не денется. Я знала, что это вина свекрови, потому что она вела себя точно так же.
Почти год я копила ненависть свекрови, выслушивала оскорбления и старалась молчать. Паша махнул рукой и предпочел не вмешиваться в женские разборки. Конечно, это же я настояла привезти его мать в дом, теперь расхлебывай.
Однажды я почувствовала невыносимый запах. Забежала в туалет, ничего нет, потопа или прорыва трубы — тоже. Заглянула в кошачий туалет, чисто. Принюхалась. Ноги сами повели за шлейфом аромата, тихонько открываю дверь комнаты и вижу, Ирина Владимировна откинула одеяло и мажет своим де… кровать и стены.
В больнице деменцию не подтвердили. Поговорив с врачом, я поняла, что свекровь объявила мне войну. Вечером я заставила мужа выслушать мои требования. Вариант напрашивался только один — отправить мать в дом престарелых. Паша не задумывался даже секунда, сразу же дал добро.
Месяц назад Ирина Владимировна покинула наш дом. Дома спокойно, никто не бросается едой, не делает подлости намеренно. Как только бабушка съехала, на пятый день Саша перестал повторять все свекровины подвиги, перестал ругаться, кричать и оскорблять. В нашем доме тихо как никогда, и совесть меня не мучит нисколько.
Не надо было причинять добро тому, кто с самого начала меня ненавидит. Книга на вечер 👇 «Ты не знаешь о дочери», Елена Безрукова
