— Нечего вносить. Рин, почитай, что он мне предлагает.
Я жду, затаив дыхание. Вдруг девушка сейчас скажет, что требования Демида вполне обоснованы? Он ведь действительно сделал ремонт в квартире мамы, тратил на её отдых свои деньги.
Девяносто девять процентов трат было именно на муже, мы никогда это не обсуждали, не казалось проблемой. И я даже согласна с этим, правда. Пусть забирает квартиру, всю мебель, прочие активы…
Но эти акции дороги мне как память, а их рыночная стоимость — копеечна.
Это единственные комментарии девушки, которые она выдает. Перечитывает второй раз, откладывая некоторые листки подальше. Судя по тому, как Рина хмурится, она совсем не согласна с предложением Демида.
И такая реакция вселяет в меня надежду. Значит, этот договор очень далек от того, что был у Рины. И раз она не убеждает меня подписать этот бред, то я могу рассчитывать на её честный совет.
— Так, — девушка трет глаза, чуть размазывая тушь. — Ладно, это полный ахтунг. Я не… Теперь давай начистоту, Лиза. Про то, что ты натворила в браке и настоящих причинах развода.
— О причинах? Ты что-то знаешь?
Мне не нужно об этом спрашивать. Любые причины, почему Демид так поступил — давно не важны. Всё уже случилось. Но я, с профессиональным интересом, хочу пнуть труп нашего брака.
И отправить всё в утиль.
— Погоди, — я замираю, задумываясь над словами Рины. — Я натворила? Серьезно? Единственная моя ошибка — что я вообще вышла за Демида!
Говорю и ужасаюсь собственным словам. Я ведь была счастлива с мужчиной. У меня целая шкатулка прекрасных воспоминаний. Мелочи, которые расположились в моем сердце.
И пусть вся семейная жизнь закончилась этим кошмаром, но у меня не получается жалеть о том дне, когда я сказала Демиду «да». Слишком много хорошего, чтобы это можно было забыть?
Конечно, Юсупов перечеркнул всё, любые мои чувства больше не имеют смысла. И я справлюсь с ними, с корнем выдеру, чтобы никакой его поступок не отзывался болью внутри.
Но при этом я не буду делать вид, что этих лет вместе не было. Мне было хорошо, даже если мужчина притворился. Я любила его, и мои чувства были настоящими.
А всё остальное не имеет значения.
— Всё было хорошо, Рина, — говорю честно. — Мы ругались иногда. Из-за моей работы, в основном. Накануне тоже поругались. Если это можно подвязать под «натворила», то вот. Я не хотела увольняться с больницы.
— Вот только условия развода говорят о другом. Так, — девушка откладывает договор в сторону, сжимает мои ладони. — Ты знаешь, чем я занимаюсь?
— Эм… Что-то вроде представителя разных знаменитостей?
— Вроде того. Конфликтолог, трабл-шутер, пресс-атташе — это называют по-разному. Но суть одна — я делаю так, чтобы скандал угас. И у меня для клиентов есть одно единственно правило. Никакой лжи. Мне нужно знать всё, чтобы помочь. Воспринимай меня как своего адвоката, а не знакомую. Даже если стыдно — расскажи. Никакого осуждения, обещаю.
