— Как ты разговариваешь с родителями мужа? Совсем стыд потеряла! — Анатолий Петрович стукнул кулаком по столу.
Ирина вздрогнула, но не отступила:
— Я разговариваю так, как вы разговариваете со мной — без уважения.
— Сергей, ты слышишь, что твоя жена несёт? — свёкор повернулся к сыну. — Неужели ты это терпишь?
Сергей выглядел совершенно потерянным:
— Папа, Ира просто устала…
— Устала? От чего устала? От безделья? — насмешливо спросила Вера Николаевна. — Да вы посмотрите, в каком виде она нас встречает — растрёпанная, в каком-то балахоне. Я в её годы всегда с причёской ходила, с макияжем, в платье. Мужа уважала, гостей встречала как подобает. А это что за отношение?
— Я не обязана наряжаться у себя дома! — воскликнула Ирина. — И вообще, мне кажется, пора заканчивать этот ужин.
— Что? Ты нас выгоняешь? — Анатолий Петрович аж привстал от возмущения.
— Нет, просто я больше не могу слушать, какая я плохая жена, хозяйка и вообще человек. Мне это надоело.
После ухода родителей Сергея в квартире повисла гнетущая тишина. Ирина молча собирала со стола, а муж сидел в кресле, уставившись в одну точку.
— Ну и зачем ты это устроила? — наконец произнёс он.
— Я? Это я устроила? — Ирина резко обернулась. — А ты где был, когда твой отец поливал меня грязью? Когда твоя мать намекала, что я неряха и плохая жена?
— Они просто беспокоятся обо мне…
— Нет, Сергей. Они не беспокоятся. Они контролируют. И тебя, и нашу семью. А ты им это позволяешь!
— Ира, ну они уже немолодые люди. Их не переделаешь. Просто нужно относиться к этому проще.
— Проще? Три года я терплю издёвки твоего отца и осуждающие взгляды матери. Три года я пытаюсь соответствовать их представлениям о «хорошей жене». И всё впустую. Они никогда не примут меня такой, какая я есть.
— Может, тебе действительно стоит больше времени уделять дому? Тогда и претензий будет меньше.
— Что? — Ирина не поверила своим ушам. — Ты серьёзно сейчас? То есть я должна бросить работу, превратиться в домохозяйку — и всё ради того, чтобы угодить твоим родителям?
— Я этого не говорил…
— Нет, именно это ты и сказал. Знаешь что, Сергей? Мне противны твои родители, и я больше не хочу их видеть!
После этих слов в доме началась настоящая война. Сергей обвинял Ирину в неуважении к его семье, она его — в малодушии и неспособности защитить жену.
— Либо я, либо они! — кричала Ирина, расхаживая по комнате. — Я больше не могу так жить!
— Как это — либо-либо? — растерянно спрашивал Сергей. — Они же мои родители. Как я могу от них отказаться?
— А от меня, значит, можно? Ты готов допустить, чтобы твой отец продолжал меня оскорблять, а мать — смотреть свысока? Они никогда не изменятся, неужели ты этого не понимаешь?
— Но твои родители тоже не идеальны! Помнишь, как твоя мать раскритиковала мой подарок на её день рождения? Я же не устраивал истерик!
— Это совсем другое! Моя мама один раз сказала, что ей не нравится цвет кофты. А твой отец при каждой встрече указывает мне на моё место!
Сергей сел на диван, обхватив голову руками:
