Когда племянница Федора зашла в дом, Валя раскрыла рот от удивления. Люда пришла не одна. Рядом с ней стоял какой-то молодой человек. Одет он был в спортивный костюм и кроссовки. За спиной рюкзак.
— Познакомьтесь, родственники. Это Радик. Мой будущий муж. Он будет жить с нами. Вернее, это вы, родственнички, будете жить с нами, пока мне это не надоест, — сказала Люда и громко засмеялась. Девушка была не трезва. Молодой человек — тоже.
Внучка молча потащила незнакомца в свою комнату, а Валентина позвала мужа, который был чем-то занят на балконе:
— Федя, Люда притащила какого-то маргинала, выставь его за дверь, а я сейчас полицию вызову.
Через несколько секунд Федор зашел в кухню, где находились жена и мать. Туда же зашла и Людмила. Девица с насмешкой посмотрела на тетю Валю:
— Вызывай! Интересно посмотреть. как бедные родственники будут жаловаться полицейским, что хозяйка этой квартиры привела в свой дом жениха, — девица снова засмеялась.
— Что ты несешь, дура? — закричал дядя, — когда это кончится? Когда — я тебя спрашиваю. Людка, дождешься ты у меня.
— Когда это кончится? Да хоть прямо сейчас. Выметайтесь из моей квартиры и дело с концом. Избавлю вас от своего присутствия, а вы меня — от своего! Надоели! Пошли вон из моего дома, — Люда топала ногами и била кулаком по столу. У племянницы Федора начиналась истерика.
— То есть, как это — из твоего? — растерялась Вера и посмотрела на свекровь. Александра Аркадьевна стояла, зажав ладонью рот, глаза бабушки были закрыты.
— Бабушка подарила мне эту квартиру еще год назад. Уже целый год вы живете здесь по моей милости!
— Это неправда! Такого не может быть! Мама, скажи ей, — растерянно промолвил Федор и повернулся к матери. Когда он увидел выражение лица своей матери, то все понял. Поняла все и Валентина.
Людмила взяла в кухне бокалы и ушла в свою комнату, продолжая смеяться над дядей и тетей.
— Как же Вы могли так поступить с нами? — спросила невестка у Александры Даниловны, — Вы, которая умоляли меня продать мой дом, машину, чтобы спасти Татьяну. Вы же знали, что теперь у меня ничего нет. У моей семьи ничего нет. Вы… Вы знаете кто Вы такая.,. — Вера не находила слов.
Александра Аркадьевна попыталась сгладить ситуацию:
— Федя, Валечка, но Людочка же никого не прогоняет? Вы можете жить столько, сколько угодно. И Вы, и Вера. Вы год здесь жили и Людочка слова никому не сказала. А сегодня… все это нервы. Она успокоится и все будет, как прежде, — бабушка растерянно улыбнулась.
Невестка Александры Аркадьевны, которая всю жизнь была тихой и скромной женщиной, вдруг взорвалась. Валентина закричала на всю кухню:
— Нет, это Вы можете жить здесь сколько угодно! До тех пор, пока она не выкинет Вас на улицу или в дом престарелых, а мы здесь жить не будем ни дня. Федор, я и Вера собираем вещи, ты иди в гараж за машиной. Мы уезжаем отсюда.
Александра Аркадьевна и Федор потеряли дар речи. Никто не ожидал такого от молчаливой, рассудительной Веры.
— Чего смотришь, Федор, собирайся!
