«Ты другой с ней,» — заметила как-то его коллега из московского офиса во время видеозвонка. — «Словно помолодел лет на десять.»
Андрей отшучивался, но в глубине души понимал правду этих слов. Рядом с Леной он вновь почувствовал себя тем увлечённым студентом-архитектором, каким был когда-то. Она не только разделяла его профессиональные взгляды, но и вдохновляла мыслить шире, видеть привычное под новым углом, открывать новые горизонты.
Вика… О Вике он старался думать как можно реже. Каждый звонок домой превращался в мучение — он ощущал фальшь в своём голосе, когда рассказывал о «рабочих встречах» и «совещаниях». Он постоянно откладывал разговор о неизбежном, убеждая себя, что сейчас не время, что нужно сначала завершить проект, а потом разобраться со всем.
— Мы не можем так больше, — сказала Лена в тот роковой вечер, когда Вика неожиданно приехала к гостинице. — Ты должен принять решение. Это нечестно — по отношению ко всем нам.
Её слова прозвучали как приговор, заставив сердце Андрея сжаться от боли и осознания ответственности. В этом тягучем молчании, полном напряжения и невыносимой правды, он понял, что дальше скрывать себя и делать вид, что всё в порядке, невозможно. Он знал, что перед ним стоит выбор, который изменит их жизни навсегда., Он знал, что она права. Каждое её слово звучало как приговор, и он понимал: рано или поздно всё выйдет наружу, правда всплывёт, как бы он ни старался её скрыть. Но вместо того чтобы признаться и взять ответственность, он продолжал малодушно тянуть время, позволяя ситуации развиваться сама собой, словно надеясь, что она растворится или забудется.
Когда поступило сообщение от Вики, это было словно удар под дых — внезапный, глубокий и болезненный. Одно короткое, простое и жестокое сообщение: «Я всё знаю. Вещи заберёшь у мамы.» В этих четырёх словах содержалась десять лет их жизни — все мечты, надежды и совместные планы, теперь сведённые к безжалостной констатации факта.
Лена тогда просто молча обняла его. Она не пыталась утешить, не давала советов и не произносила пустых слов. Она просто была рядом, тихо поддерживая его в тот момент, когда он сидел, уставившись в одну точку, словно боясь поверить в произошедшее. Его привычный, казавшийся таким надёжным мир рухнул в одно мгновение, оставляя после себя развалины.
Он не жалел о случившемся — невозможно построить счастье на обломках чужого счастья, и внутри он это понимал. Но он не мог простить себе другого — что не нашёл в себе мужества открыть всё Вике раньше, честно и прямо. Что позволил всему зайти настолько далеко, что она узнала правду таким жестоким и неожиданным способом, и это навсегда оставило рану в их отношениях.
