Римма Вениаминовна аккуратно поправила ворот своего дорогого, хоть уже заметно потрёпанного пиджака и бросила взгляд на часы. Сын Олег опаздывал уже на добрых двадцать минут, и это начало её слегка раздражать. Обычно она не терпела таких задержек, особенно когда дело касалось важных встреч. Но сегодня она была готова сделать исключение — ведь он обещал познакомить её со своей новой девушкой, с которой, по его словам, всё было «очень серьёзно». Эта мысль немного успокаивала её взволнованное сердце.
Она сидела в скромном кафе среднего класса — на большее сейчас не хватало средств, хотя об этом Римма Вениаминовна ни за что бы не призналась. В её глазах это было временным неудобством, но всё равно она чувствовала, как внутреннее напряжение нарастает. Нервно постукивая ногтями по деревянному столу, она пыталась сосредоточиться, но мысли метались вокруг сына и его будущего. За свои шестьдесят два года жизни она привыкла держать всё под контролем, особенно когда речь шла о судьбе единственного сына. И хоть Олег уже перешагнул тридцатипятилетний рубеж, она всё ещё считала своим долгом «направлять» его, особенно в вопросах выбора спутницы жизни.
Три предыдущие девушки Олега так и не прошли её строгий отбор. Первая была слишком простовата и не отличалась амбициозностью, вторая — чересчур независима и своенравна, а третья — с «подозрительным прошлым» и без каких-либо перспектив на будущее. Римма Вениаминовна была убеждена, что сыну нужна особенная женщина — образованная, но при этом послушная, с хорошей работой, но готовая посвятить себя семье, и, конечно же, желательно с определённым состоянием. Этот последний пункт в последнее время становился особенно важным, учитывая, что некогда процветающий бизнес самой Риммы Вениаминовны в последние годы неуклонно шёл ко дну.
— Мама! — внезапно раздался знакомый голос, и Римма Вениаминовна подняла глаза.
К её столику подошёл сын — высокий, статный мужчина с заметной намечающейся лысиной и добрыми, немного усталыми глазами. Рядом с ним шла миловидная девушка лет тридцати с каштановыми волосами, аккуратно уложенными до плеч, и приятной, искренней улыбкой.
— Прости за опоздание, — наклонился Олег и поцеловал мать в щёку. — Познакомься, это Вика.
Вика протянула руку и вежливо улыбнулась:
— Очень приятно, Римма Вениаминовна. Олег так много о вас рассказывал.
Римма Вениаминовна внимательно окинула девушку оценивающим взглядом. Одета она была прилично, без излишеств, но и не слишком скромно. Держалась уверенно, но без вычурности. Голос у неё был приятный, манеры — безупречные. Но самое главное — на безымянном пальце левой руки красовалось кольцо с небольшим, но вполне достойным бриллиантом. Олег, казалось, не поскупился на этот знак серьёзности.
— Взаимно, милочка, — проговорила Римма Вениаминовна, слегка пожимая протянутую руку. — Присаживайтесь, пожалуйста. Расскажите, как вы познакомились?
