Всю дорогу домой Олег молчал, погружённый в свои мысли. Наконец, закрыв за собой дверь квартиры, он повернулся к Вике:
— Ну, что скажешь? Ты ей понравилась.
Вика сняла пальто и устало опустилась на диван, чувствуя, как усталость дня давит на плечи.
— Понравилась? Не уверена. Но заинтересовала — точно.
— Что ты имеешь в виду? — нахмурился Олег, заметив её сомнения.
— Ты не заметил, как изменилось её отношение, когда ты упомянул о доме? — Вика подняла на него глаза, полные тревоги. — До этого она меня едва терпела, а после — чуть ли не в дочери записала.
— Тебе показалось, — пожал плечами Олег, стараясь убедить себя и её. — Мама просто… ну, она строгая, да. Но она хочет для меня лучшего.
— Для тебя или для себя? — тихо спросила Вика, пытаясь уловить истинные мотивы.
— Что ты имеешь в виду? — Олег присел рядом, его взгляд стал серьёзнее.
— Я не слепая, Олег. Твоя мама чуть слюной не захлебнулась, когда узнала про дом в Зелёных холмах. А до этого смотрела на меня, как на пустое место.
— Ты преувеличиваешь.
— Я прекрасно всё видела, — твёрдо сказала Вика, чувствуя, как слова выходят из глубины души. — И если уж быть до конца честной… Мне кажется, она рассчитывает на этот дом.
Олег задумался, потом вздохнул:
— Может, ты и права. Мама… она в последнее время с деньгами не очень. Её бизнес на грани банкротства. Но это ведь не значит, что она планирует захватить твой дом.
— Олег, — Вика взяла его за руку, стараясь вложить в этот жест всю искренность своих чувств, — я люблю тебя. Но я должна быть с тобой честна. Мамин дом — это всё, что у меня осталось от неё. Это память, это часть моей жизни. Я не собираюсь его продавать, менять или позволять кому-то… распоряжаться им.
— Конечно, — кивнул Олег, понимая глубину её привязанности. — Это твой дом. Никто не говорит о продаже.
— Хорошо, — Вика поднялась, пытаясь отогнать тревожные мысли. — Тогда нам нечего беспокоиться.
Но беспокойство не покидало её. Что-то в глазах Риммы Вениаминовны, в её внезапном дружелюбии и чрезмерной заинтересованности, настораживало и не давало покоя.
Следующая неделя лишь подтвердила её опасения. Римма Вениаминовна звонила почти каждый день, интересовалась планами на свадьбу, предлагала помощь и ненавязчиво расспрашивала о доме.
— Как вы планируете использовать такую большую площадь, деточка? — спрашивала она медовым, чуть приторным голосом. — Вдвоём в таком огромном доме… не будете ли вы чувствовать себя потерянными?
— Нам будет комфортно, — Вика отвечала кратко, стараясь не показывать внутреннего волнения.
— А может, имеет смысл обменять его на что-то поменьше? — не унималась свекровь, словно пытаясь убедить сама себя. — Двухкомнатную квартиру в центре, например. И ещё останется на хорошую машину и, возможно, небольшой капитал.
— Я не планирую продавать или обменивать дом, — твёрдо отвечала Вика, чувствуя, как её решимость крепнет с каждым словом.
