Телефон завибрировал на кухонном столе. Маша, вытирая руки о полотенце, бросила взгляд на экран. Свекровь. Она вздохнула, чувствуя, как внутри зарождается знакомое напряжение. Ответить или нет? Но игнорировать Нину Павловну было чревато: та умела трактовать молчание как личное оскорбление.
— Алло, Нина Павловна, — Маша прижала телефон к уху, стараясь говорить бодро.
— Маша, дорогая, — голос свекрови был сладким, как сироп, но с едва уловимой сталью. — Ты ведь помнишь про мой юбилей? Пятьдесят пять — не шутка. Я жду всех в субботу, в семь. И, пожалуйста, без опозданий. И ещё… — она сделала паузу, будто наслаждаясь моментом, — с пустыми руками на юбилей не приходите! Хочу, чтобы всё было красиво, как в лучших домах. Подарок должен быть достойным, ты же понимаешь.
Маша замерла, сжимая ложку. Достойный подарок? Она мысленно прикинула баланс на карте: после оплаты счетов и садика для Лизы осталось едва ли три тысячи. А ещё надо купить продукты на неделю.
— Нина Павловна, мы, конечно, придём, — выдавила она. — А что бы вы хотели?
— Ой, Маша, не мне же решать! — свекровь рассмеялась, но смех был холодным. — Удивите меня. Что-нибудь элегантное, дорогое. Я ведь не каждый день юбилей справляю.
Разговор закончился, а Маша осталась стоять посреди кухни, глядя на потёртую столешницу. Она знала, что Нина Павловна ждёт не просто подарок, а демонстрацию статуса. Но как объяснить, что у них с Игорем нет денег на «элегантное»?
Игорь вернулся с работы поздно, усталый, с пятном машинного масла на рукаве. Маша встретила его в прихожей, пока Лиза, их пятилетняя дочь, рисовала в комнате.
— Твоя мама звонила, — начала Маша. — Про юбилей. Сказала, чтобы мы без подарка не приходили. Что-то «достойное» хочет.
Игорь снял куртку, бросил её на вешалку и устало потёр виски.
— Достойное? — он фыркнул. — Она думает, у нас тут золотой запас? Я на прошлой неделе движок перебирал до полуночи, чтобы премию выбить. А она… что, бриллианты ей подавай?
— Не начинай, — Маша нахмурилась. — Я тоже не в восторге. Но это её пятьдесят пять. Она весь вечер будет намекать, если мы что-то не то принесём.
— А что она вообще хочет? — Игорь прошёл на кухню, открыл холодильник, достал бутылку воды. — Сумку за сто тысяч? Часы? У нас Лиза без зимних сапог, а она про «достойное» талдычит.
Маша почувствовала, как раздражение Игоря перекидывается на неё. Она тоже злилась, но его резкость только усугубляла ситуацию.
— Может, что-то попроще? — предложила она. — Набор косметики? Или сертификат в спа?
— Спа? — Игорь хмыкнул. — Она скажет, что мы её в баню отправили. Нет, Маш, ей надо что-то… громкое. Чтобы она перед своими подругами могла похвастаться.
Маша посмотрела на него, пытаясь понять, шутит он или нет. Но в его глазах была только усталость и лёгкая досада. Она знала, что Игорь любит мать, но их отношения всегда были натянутыми: Нина Павловна то и дело напоминала сыну, что он «мог бы добиться большего».
