Мы помолчали немного, и я чувствовала, как сестра ищет слова.
— Ладно, подумаем, как лучше. Может, я поговорю с ребятами, которые сдают у нас комнаты. Посмотрим, — предложила Оксана. — Но ты, главное, не расстраивайся.
Когда я вернулась домой после вечерней прогулки, Андрей стоял в коридоре. Он был явно взвинчен.
— Мама, Лиза говорит, что ты звонила сестре и жаловалась на нас?
— Да, я позвонила, чтобы узнать насчёт жилья. Я же теперь «квартирантка», — не скрывая горечи, ответила я.
— Это несправедливо по отношению к нам, — повысил голос Андрей. — Ты всю ситуацию выставляешь так, будто мы тебя на улицу выкидываем!
— А разве нет? — я посмотрела на него пристально. — Андрей, ты забыл, что я сюда вложила всю свою жизнь?
— Я помню, но у каждого поколения своя жизнь. Считаю, нам уже нельзя жить под одной крышей.
На наш спор вышла Лиза, держа внука на руках.
— Прошу вас, Татьяна Михайловна, не поднимайте шум, ребёнка пугаете, — сказала она негромко. — Мы всё решили, давайте просто мирно разойдёмся.
— Хорошо, — тихо кивнула я. — Я уезжаю. Просто дайте мне неделю.
Укладывая последние вещи, я наткнулась на старые блокноты, где когда-то планировала семейный бюджет, записывала покупки для дома. Переворачивая страницы, я вспоминала, как радовалась первой зарплате Андрея, как мы устраивали ему праздник в честь поступления в институт. Тогда он был таким довольным и открытым. Сейчас он, по сути, отказывался от моего присутствия — и всё ради удобства своей семьи.
В дверь постучала Лиза.
— Татьяна Михайловна, чемоданы когда будете выносить? Андрей может помочь завтра.
— Я завтра как раз хотела закончить сборы. Ещё хочу позвонить одной знакомой насчёт временной комнаты.
— Да, конечно. Если что, Андрей готов подвезти вас.
Я молча кивнула. Никаких тёплых слов, никакой благодарности — только деловые фразы. И мне оставалось лишь принять это.
Наступил день отъезда. Я закончила погружать в машину последние сумки. Андрей стоял рядом, его вид выдавал напряжение. Лиза покачивала коляску, в которой мирно спал ребенок.
— Мама, ты уж прости меня, если что не так, — сказал Андрей, когда я собиралась сесть в такси.
— Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь забыть твои слова: «Ты не мать, а квартирантка», — посмотрела на него. — Но ты мой сын, и я не желаю тебе зла. Просто теперь мы идём разными дорогами.
— Мы же поможем, если что… — Андрей казался растерянным.
— Не надо, — я посмотрела ему в лицо. — Больше не надо.
Он отошёл, не находя слов. Лиза тоже ничего не сказала. Я села в машину и бросила взгляд на окна квартиры, где прошло столько лет моей жизни.
Хотелось спросить себя: неужели всё это происходит именно со мной? Но ответ был очевиден. Я закрыла дверь, и такси плавно тронулось, унося меня прочь из места, которое я когда-то называла домом.
