Женщина мучилась от головных болей, а в душе такая тоска поселилась, что и не передать. Приехали как-то Галанины в деревню отца проведать — дедушку Павла, да и решили соседей в гости пригласить. Стол накрыли, деликатесы из города привезли. Осокины пришли в гости, а когда за стол сели, Марина вдруг не выдержала, расплакалась и ушла домой. Татьяна следом за подругой побежала, догнала только в соседском доме:
— Постой, Марина, что с тобой? — взволнованно спросила Татьяна Федоровна.
— Ничего, — надула губы Осокина и посмотрела исподлобья, — нечего нам больше друг к другу в гости ходить, вот и все.
— Нет, ты расскажи, может быть я чем-нибудь помочь смогу, — сказала Татьяна и погладила подругу детства по плечу.
— Неужели ты не понимаешь, Татьяна? — снова заплакала соседка, — вон какие у тебя туфли, а сумочка, а украшения, часики, — завистливо произнесла Марина, — а я пять лет в одном и том же платье в город езжу, а туфли как кирзовый сапог. То ли дело твои — югославские, модные.Твой Вячеслав, как щеголь, а мой Лёшка — словно на десять лет старше. Больно мне на все это смотреть.
— Танечка, я даже не думала, что все так, — растерянно произнесла бывшая одноклассница и развела руками.
— Что не думала? Пожила бы ты в моей шкуре. Уходи отсюда, Татьяна, не береди душу, — Марина упала на подушку и ее плечи затряслись.
— Да, жила я и в твоей шкуре, я ведь тоже деревенская, Тань, — грустно произнесла подруга, — Тане было больно смотреть на свою соседку, но разве она виновата, что жизнь так распорядилась.
— Никогда ты не жила в моей шкуре, никогда. Хоть и в деревне вы жили, да твой председатель и дом новый поставил деду Пашке, и сейчас помогает, а мы в развалюхе ютимся.
Вдруг Татьяна пришла идея в голову. Она сняла свои часики и протянула Марине:
— Вот, Маринка, возьми. Это мой тебе подарок. В память о нашей дружбе.
Глаза Осокиной загорелись, она схватила механические часы, а Галанина продолжила:
— И туфли примерь. Если впору, забирай. А я твои возьму. У нас же всегда был один размер обуви.
— Серьезно? И не жалко тебе Марин?
— Ну, что ты? Для подруги единственной мне ничего не жалко, — с улыбкой сказала Татьяна и обняла рыдающую Осокину, — Марин, а давай я со Славиком поговорю, может быть он сможет в городе вас устроить?
— Ой, Танечка, я бы с радостью вырвалась из этой деревни, да где же мы жить будем?
— Придумаем что-то, а теперь пойдем к нам, на столе все остывает.
Марина сразу же повеселела и этот вечер прошел прекрасно: вспоминали прошлое, детство и юность, Рассказывали друг другу смешные истории из своих воспоминаний. Жена Алексея Осокина весь вечер смеялась, шутила. Настроение у нее было прекрасным, ведь появилась надежда — скоро они будут жить в огромной городе и такие туфли, как у Татьяны она будет носить каждый день.
После возвращения домой Таня, действительно, поговорила с супругом, все рассказала ему и попросила о помощи:
