Деревенские приезжали в город миллионник по разным вопросам, вот и останавливались в квартире, которую им сдавала Осокина. Вся деревня знала к кому обратиться и где можно пожить, пока отдыхаешь или решаешь свои дела в областном центре.
Уже шесть лет Марина Петровна на пенсии. На квартире невестки удавалось неплохо заработать, а теперь что же — выживать на одну пенсию? Свекровь когда начинала думать об этом, хваталась за сердце, но невестка уперлась: “ освободите квартиру и все».
Хозяйка номера заказала ужин, бутылку игристого, включила музыку и решила сегодня вечером расслабиться и ни о чем не думать, Слишком много на нее навалилось в этот год.
Внезапно раздался звонок телефона. Звонила свекровь:
— Гелечка, солнышко, я тебя очень прошу: приезжай жить ко мне.
— Нет, — ответила женщина и вздохнула, ей уже надоело объяснять и спорить со свекровью.
— У меня трехкомнатная квартира, у тебя трехкомнатная квартира. В одной будем жить, другую сдавать, а денежки пополам. Мы же с тобой две одинокие немолодые женщины, нам нужно вместе держаться. Пусть Эдуард живет с кем хочет. Мне все равно. Ты — единственная моя невестка и других я никогда не признаю. Геля, ты же мне как дочь, — ныла свекровь в трубку.
— Значит, у Вашего сына другая семья, маленький ребенок, а я — немолодая женщина, которой только и осталось, что жить с матерью бывшего мужа? — рассердилась невестка и повысила голос, буквально до крика, Свекровь ужасно надоела ей за последние три дня.
— Поверь мне, Геля, так будет лучше. Как ты жить собираешься? За какие деньги? Сбережения твои быстро закончатся, а дальше как? Ты всю жизнь сидела на шее моего сына, — сорвалась Марина Петровна, —— ты же ни дня не работала и даже не знаешь что это такое. Все по приемам да вечерам таскалась, а в детстве родители сопли тебе подтирали. Пожила бы ты с мое, неблагодарная. Когда каждую копеечку считаешь, отказываешь себе во всем, — Марина Петровна начала рыдать в трубку.
— Это неправда, — закричала Ангелина, — Эдик каждый месяц высылал Вам деньги и квартиру Вы мою сдавали, и путевки в санаторий Вам сын покупал постоянно.
— Глупая ты, глупая, Гелька. Ни разу он мне ни копейки не выслал и не покупал ничего. Он семью свою вторую содержал, а тебе лапшу на уши вешал. Ты могла бы уже и догадаться, но тебе, видимо, Господь ума совсем не дал.
— Да идите Вы…. — громко крикнула Ангелина и отключила телефон.
В это же время в дверь номера постучали. Осокина постаралась взять себя в руки, Несколько раз вдохнула — выдохнула и открыла. На пороге стоял мужчина лет сорока пяти. Высокий, крепкий, хорошо сложенный. Цепкий взгляд выдавал в нем либо полицейского, либо военного:
— Добрый день. Я Ваш сосед. У Вас здесь все нормально? Я слышал крики.
— Здравствуйте, извините. Все нормально, — женщина попыталась закрыть дверь, но мужчина остановил ее рукой.
— Разрешите пройти в номер.
— С какой это стати? Вы что, сумасшедший? Уходите отсюда, а то я сейчас полицию позову, — снова начала нервничать женщина.
