— В деревне совсем плохо с интернетом, а мне нужно быть на связи с врачами. И вообще, я передумала, — голос матери стал жёстче. — Я возвращаюсь в квартиру.
Марина почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Что значит «возвращаюсь»? Мам, мы же договорились… У нас дарственная…
— Дарственная ещё не оформлена, — отрезала Ольга Ивановна. — И вообще, я всё обдумала. Это моя квартира, я в ней прожила двадцать лет. А вы молодые, заработаете себе на жильё.
— Мам, мы же вложили в ремонт все деньги! Взяли кредит!
— Ну и хорошо, — буднично ответила Ольга Ивановна. — Значит, я получу квартиру с хорошим ремонтом. А вы… ну, считайте это платой за квартиру. Всё равно же вы жили там эти месяцы бесплатно.
Марина не могла поверить своим ушам.
— Мам, ты это серьёзно? Мы же почти закончили ремонт. Мы планировали переезжать через две недели!
— Я уже вызвала грузчиков на следующую субботу, — сообщила Ольга Ивановна. — К этому времени вы должны вывезти свои вещи.
— Я тебе говорил! — Сергей метался по комнате их съёмной квартиры. — Говорил, что нельзя ей верить! Но ты… «Это же мама, мам по-другому не поступит!» — он передразнил жену.
Марина сидела на диване, уткнувшись лицом в ладони. Плечи её вздрагивали от беззвучных рыданий.
— Прости, — Сергей тут же сел рядом и обнял её. — Я не должен был… Просто я так зол! Триста тысяч, Марина! Триста тысяч наших денег! И кредит! А всё, что мы получили взамен — это «спасибо за ремонт»!
— Я так надеялась, что хоть раз в жизни она поступит как нормальная мать, — прошептала Марина. — Глупая была.
После этого случая отношения с Ольгой Ивановной стали натянутыми. Марина перестала звонить матери, встречались они только на семейных праздниках у Татьяны. Сергей и вовсе отказывался общаться с тёщей.
Жизнь шла своим чередом. В 2010 году у Марины и Сергея родился сын, Артём. Они погасили кредит, взятый на ремонт материнской квартиры, и начали откладывать на своё жильё. Сергей продвинулся по карьерной лестнице, стал директором небольшой фирмы, и их материальное положение заметно улучшилось.
В 2015 году Ольга Ивановна неожиданно снова появилась в их жизни.
— Мариночка, я давно хотела тебе сказать… — Ольга Ивановна присела на краешек стула в просторной квартире дочери, которую та снимала вместе с мужем и сыном. — Я чувствую себя виноватой за ту историю с квартирой. Я была неправа.
Марина скептически посмотрела на мать.
— И хочу загладить свою вину, — Ольга Ивановна протянула дочери папку с документами. — Вот, я хочу подарить вам с Серёжей участок земли. Двенадцать соток, хорошее место, рядом с озером. Вы можете построить там дачу.
Марина молча взяла папку, но открывать не стала.
— Мам, ты сейчас серьёзно? После того, что было?
Ольга Ивановна опустила глаза.
— Я была неправа, признаю. Но я хочу исправиться. Я становлюсь старше, и понимаю, как важна семья. Я не хочу, чтобы между нами была обида.
Марина сомневалась. Прошло семь лет с тех пор, как мать забрала у них практически готовую квартиру, но боль и обида остались.
