Она долго смотрела ему в глаза. Потом медленно кивнула:
— Можно. Но при двух условиях. Первое: больше никакой лжи. Никогда. Даже если тебе кажется, что правда меня расстроит. И второе…
— Всё что угодно, — поспешно сказал Сергей.
— Второе: квартира останется моей. Не потому что я не хочу семью или детей. А потому что без доверия нет смысла менять что-то в жизни.
— Мне нужно время, — продолжила Марина. — Я не могу сразу сделать вид, что ничего не было. Что ты не исчез на месяц из моей жизни. Я не знаю, как быстро смогу снова тебе доверять.
— Я понимаю, — его голос звучал хрипло. — Я заслужу твое доверие. Даже если на это уйдут годы.
Она встала, подошла к плите, выключила, наконец, газ. Достала две чашки, заварила чай.
— Ты похудел, — заметила она, ставя перед ним дымящуюся кружку.
— Ты тоже, — отозвался он с печальной улыбкой.
Они сидели на кухне до глубокой ночи, говоря обо всем, что накопилось за этот месяц. Сергей рассказывал о своих страхах, о том, как скрывал проблемы, о своем отце, который научил его «быть мужиком» и никогда не показывать слабость.
Марина делилась своими сомнениями, болью от его исчезновения, страхом потерять то немногое, что она успела создать своими руками.
Это был странный, трудный, но исцеляющий разговор. В какой-то момент Сергей осторожно взял её за руку, и она не отняла.
К весне 1999 года их отношения медленно восстанавливались. Сергей больше не заговаривал о продаже квартиры и переезде. Зато впервые начал обсуждать с Мариной свои рабочие дела, советоваться по важным вопросам. А она в свою очередь научилась говорить о своих страхах, не скрывая их за маской сильной и независимой женщины.
Ольга, поначалу настроенная скептически к возвращению Сергея, постепенно смягчилась.
— Ты выглядишь счастливой, — заметила она как-то, когда они с Мариной встретились пообедать. — Значит, всё правильно. Но если что — я всегда на твоей стороне.
— Знаю, — улыбнулась Марина. — И за это я тебя люблю.
Через год после их примирения Сергей уже выплатил больше половины своего долга. Марина погасила ипотеку, и они устроили небольшую вечеринку по этому поводу.
— За наш дом, — поднял бокал Сергей, обводя взглядом небольшую, но такую уютную гостиную.
— За наш дом, — эхом отозвалась Марина, внутренне отмечая, что теперь это действительно их дом. Не по документам — у нотариуса они так и не появились. Но по сути, по тому, как они оба вложили в него душу.
В этих стенах произошло так много. Здесь начались их отношения, здесь они пережили кризис, здесь научились заново доверять друг другу. И кто знает, может быть, совсем скоро здесь зазвучит детский смех — Марина всё чаще ловила себя на том, что задумывается о ребенке.
Но это уже совсем другая история.
