В эту ночь Дмитрий почти не спал. Мать успокоилась и уснула в гостевой комнате, а он сидел на кухне, перебирая в памяти события последних дней. Как всё дошло до такого? Анна — единственная женщина, которую он любил, она подарила ему три года счастья. А мать…
Мать дала ему жизнь, защищала от отца-тирана, работала на трёх работах, чтобы он мог получить образование. Но она же превратилась в его кандалы, в вечное чувство вины, которое не давало ему жить своей жизнью.
Утром, когда Мария Ивановна вышла из комнаты с опухшим от слёз лицом, Дмитрий уже принял решение.
— Нам нужно поговорить, — сказал он, наливая ей чай.
Мария Ивановна молча села за стол.
— Так больше продолжаться не может, — Дмитрий говорил спокойно, но твёрдо. — Я люблю тебя, мама. Ты дала мне всё, что могла. Но я не могу разрушить свою семью.
— Она поставила тебя перед выбором? — тихо спросила мать.
— Нет, — покачал головой Дмитрий. — Я сам это понял. Ты ещё молодая женщина, мама. Тебе всего пятьдесят пять. Ты можешь начать новую жизнь.
— Какую новую жизнь? — горько усмехнулась Мария Ивановна. — Кому я нужна?
— Себе, — Дмитрий взял её за руку. — Ты нужна себе. И мне. Но не как груз на моей шее, а как счастливая, самостоятельная женщина.
Мария Ивановна долго молчала, глядя в окно.
— И что ты предлагаешь?
— Мы снимем тебе квартиру. Не отказывайся, — он поднял руку, видя, что мать хочет возразить. — Это не милостыня. Это помощь. Мы будем помогать тебе, пока ты не встанешь на ноги. А ты… ты перестанешь пить и найдёшь работу.
— В моём возрасте? — она покачала головой.
— Ты медсестра с тридцатилетним стажем. Твой опыт и знания нужны людям.
Мария Ивановна вздохнула.
— Нет, моя, — Дмитрий сжал её руку. — Я хочу, чтобы ты была счастлива. И хочу, чтобы моя жена вернулась домой.
Анна вернулась через два дня. Дмитрий позвонил ей и сказал, что Мария Ивановна уехала, и им нужно серьёзно поговорить. Когда она переступила порог квартиры, её встретил запах свежезаваренного кофе и чистоты — Дмитрий явно постарался загладить вину.
— Привет, — он неловко улыбнулся. — Проходи, не стой в дверях.
Анна прошла в гостиную, села на диван.
Дмитрий сел напротив неё.
— Я всё понял, Ань. И я хочу извиниться. Ты была права — я пренебрёг твоими чувствами, твоим пространством. Это было неправильно.
Анна внимательно смотрела на него, не перебивая.
— Я снял маме квартиру недалеко от нас. Мы будем ей помогать, пока она не найдёт работу и не встанет на ноги. Она обещала бросить пить.
— И ты веришь этому обещанию? — тихо спросила Анна.
Дмитрий пожал плечами.
— Не знаю. Но я хочу дать ей шанс. И я хочу дать шанс нам, — он протянул руку через стол. — Я люблю тебя, Аня. Мне плохо без тебя.
Анна помолчала, затем медленно протянула руку и коснулась его пальцев.
— Я тоже люблю тебя, Дима. Но мне нужно знать, что я не на последнем месте в твоей жизни.
— Ты на первом, — сказал он с чувством. — Всегда была и будешь.
Они помолчали, держась за руки.
— А как твоя мать отреагировала? — наконец спросила Анна.
