В доме множились пустые баночки из-под сметаны, йогурта и вымытые и обрезанные молочные бутылки, которые можно было бы использовать под рассаду, но дачи у пары не было.
И все это стройными рядами пылилось в комнате на подоконнике: на кухне все места были уже заняты.
Картонные коробки тоже должны были обязательно пригодиться. Не говоря уже о целлофановых пакетах, которые по-прежнему, стирали. И делать это должна была Марина.
Девушка попробовала воззвать к разуму, но все было встречено настолько болезненно, что она плюнула: ведь, в принципе, Анатолий был неплохим мужем непьющим, не гулящим и мастерущим. И чего тебе, спрашивается, нужно?
Кто-то изумленно скажет:
— Подумаешь, проблема! Вынеси, пока его нет дома — и «вся недолга!».
Но муж обладал каким-то звериным чутьем и прекрасно помнил, сколько крышечек от сметаны вчера лежало на подоконнике.
И, как-то раз, Марина вынесла на помойку его старые войлочные стельки, в которых обнаружила личинки моли.
И, хотя стояло лето красное, назавтра они ему срочно понадобились. И не обнаруживший своих любимых стелек Толик устроил скандал.
«И какого лешего я пошла с ним тогда на свидание? — все чаще думала Марина. — Жила бы себе сейчас спокойно в коммуналке».
К тому же оказалось, что-то, что она принимала за любовь, стало понемногу исчезать.
И на смену этому пришло сложное чувство, представляющее микс негодования, брезгливости, злобы и полной безнадеги, которой не было даже в детдоме.
Положение осложнилось тем, что Марина забеременела. Это принесло ей не только радость, но и опасения: девушка понимала, что, когда она уйдет в декрет, ей придется туго.
И если раньше она хоть иногда, работая кондитером и несмотря за вопли мужа, покупала себе кое-что, то теперь своих денег у нее не будет. И придется все время побираться у Толика со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Тут она решилась и, оформив кредит, записалась на курсы по бухгалтерскому учету, наврав, что это — бесплатно.
И муж неожиданно поверил: сейчас этого было в интернете, как грязи. К тому же это давало некоторый простор для действий: за бухгалтерский ажур платили гораздо больше, чем за хороший торт.
А еще после окончания учебы выдавали не только соответствующий документ, но и помогали с трудоустройством.
И за четыре месяца до родов Марина получила сертификат и несколько адресов предполагаемой работы. Выбрала один. Там не очень обрадовались ее животу, но все сгладило соответствующее резюме.
И девушка согласилась немного поработать хотя бы до родов: ее взяли! Видимо, в ее жизни началась белая полоса.
Наученная горьким опытом, мужу она ничего не сказала:
«Да, еще учусь и делаю домашнее задание!»
И Толик, поглощенный ежедневной записью расходов, перестал вникать в происходящее на экране компа: ему нужно было ежедневно вклеивать чеки!
А потом записывать отдельно продуктовые и промышленные траты: «Делов у меня — аж пищит!» — так говорил в одном любимом Маринином фильме главный герой.
