— Это стандартная процедура, — заверил Глинский. — Горе может затуманить рассудок.
Елизавета Петровна дрожащими руками взяла бумагу:
— Я не понимаю… тут написано, что землю получает Дмитрий…
— Правильно, — быстро сказала Светлана.
— А сбережения кому достаются? Кто такой А. Петров?
— Это Александр, — поспешно ответила дочь.
— А тот долг, который Дима не вернул?
Воцарилась тишина. Александр стиснул зубы:
— Вы юрист? — спросила Елизавета Петровна у Глинского.
— Финансовый консультант…
— То есть не юрист. Так я и думала.
Она подняла ручку, но рука тряслась.
— Господи, просто подпиши уже! — взорвался Александр. — Зачем тебе эта земля? До дома престарелых рукой подать!
Светлана одёрнула его, но было поздно.
— Скажи, Саша, когда ты в последний раз приводил внуков в гости?
— Света, когда ты в последний раз спрашивала, как моё здоровье?
Елизавета Петровна встала, налила чай из чайника с камерой.
— Этот дом может быть тихим, но он не пустой. Ваш отец всё ещё здесь, и моя память тоже. Я ничего не подпишу сегодня. А если будете настаивать — покажу эту встречу настоящему адвокату.
Глинский молча собрал бумаги. Светлана побледнела. Александр что-то буркнул под нос.
После их ухода Елизавета Петровна достала камеру из чайника. Сердце колотилось, но она выстояла против волков и не дрогнула.
На следующий день она поехала к адвокату Роберту Сергеевичу Белову — фронтовому другу мужа. В его кабинете пахло кедром и трубочным табаком.
— Лиза, — сказал он, — выглядишь неважно.
— И чувствую себя соответственно.
Она показала флешку и диктофон:
— Они вернулись. С поддельным завещанием и липовым юристом. Пётр был прав.
Роберт Сергеевич посмотрел видео с экрана компьютера. Когда голос друга затих, он снял очки:
— Этот человек точно знал, что делает. И ты тоже знаешь.
— Я не хочу мести. Хочу покоя.
— Тогда мы дадим им то, что они не смогут извратить — доказательства.
На судебном заседании Елизавета Петровна сидела в первом ряду, платок мужа в руках. Дети выстроились напротив, словно школьники перед выговором.
Судья Валентина Михайловна вошла со строгим лицом человека, видевшего слишком много разрушенных семей.
Роберт Сергеевич включил видео. Голос Петра Ивановича заполнил зал:
— Оставляю всё Лизе, потому что она была со мной в трудные годы. А дети… Они продали два гектара совместной земли в прошлом году. Без моего ведома. Это не недоразумение — это предательство.
Затем зазвучала аудиозапись:
— Если не подпишешь, оставим тебя гнить одну… Клянусь, выкопаю его тело и брошу собакам.
Дмитрий закрыл лицо руками. Светлана уставилась в пол. Александр сжал кулаки.
— Суд признаёт завещание законным, — объявила судья. — А поведение истцов — попыткой мошенничества. Назначается запретительный судебный приказ.
— Это подстава! Видео поддельное!
— Ещё одна выходка, и я признаю вас виновным в неуважении к суду.
После процесса Елизавета Петровна создала Фонд достоинства имени Петра Ивановича. Часть наследства пошла на помощь пожилым людям, которых бросили дети.
