В письме, найденном в старой коробке, муж писал: «Ты была моей победой. Надеюсь, сегодня ты почувствуешь себя своей собственной».
Елизавета Петровна прижала письмо к груди. Она была цельной. Справедливость не кричит и не марширует. Иногда она просто ждёт — тихая и стойкая — в письме, платке и тихом мужестве женщины, которая отказалась исчезнуть.
