Сын примчался тут же. Анна Геннадьевна грустно подумала о том, что давно он уже к ней не приезжал, а тут гляди что, нарисовался…
Разговора, конечно же, не получилось. Егор рвал и метал. Кричал на мать и ходил из угла в угол. Он доказывал матери, что Алину больше не любит, а может и никогда не любил. Что жить с ней дальше не хочет, и что она его раздражает своим видом, своим поведением и своим присутствием.
— Я хочу развестись, на что имею полное право! — кричал Егор.
— Имеешь, имеешь, — произнесла Анна Геннадьевна. — Только на ту квартиру ты не имеешь никаких прав. Она моя.
— Пока… — загадочно сказал Егор, странно улыбнувшись.
— Боже! Неужели ты желаешь мне… — ужаснулась Анна Геннадьевна, и запнувшись, не договорила.
— Ничего я тебе не желаю! Пошли вы все! Ну и обнимайся со своей «Алиночкой»! Святоша! Предательница!
Сын громко выругался и, хлопнув со всей силы дверью, ушёл.
Прошло время. Анна Геннадьевна продолжала помогать Алине, приезжая по выходным, а однажды даже взяла на работе несколько дней за свой счёт, чтобы побыть непрерывно с невесткой, дабы та смогла прийти в себя. Алинино здоровье очень волновало Анну Геннадьевну. Кроме того, невестка недавно узнала печальные новости. Родители позвонили ей и сообщили, что малыш брат умер, не дождавшись дорогостоящей операции.
— Мать рыдает без перерыва, её кладут в клинику неврозов на лечение, — сообщил отец Алине.
Алина тоже всплакнула, хотя казалось, что она уже выплакала все слёзы, после ухода Егора. Молоко у неё пропало и Андрюшу она кормила смесью.
Быстро разобравшись, что к чему, Анна Геннадьевна взяла все заботы о внуке на себя.
Три дня Алина просто спала, почти без перерыва. Анна Геннадьевна подумала о том, что и невестку можно было смело класть в клинику неврозов, однако Алина после такого отдыха почувствовала себя значительно лучше.
Егор в их жизни никак не проявлялся и обе женщины стали о нём потихоньку забывать, окунувшись в заботы о маленьком человечке, который рос не по дням, а по часам и радовал их.
— Мама просит, чтобы я приехала к ним, она недавно выписалась из больницы, — сказала однажды Алина. — Говорит, что хочет видеть внука, что за всеми горестями даже не смогла с ним ни разу встретиться, о чём очень жалеет… Я думаю, что она грустит о Роме и Андрей мог бы помочь ей забыться. Поеду я, Анна Геннадьевна, поживу немного у мамы с папой.
Анне Геннадьевне стало грустно. Она очень привязалась к внуку и не представляла себе разлуку с ним. Однако она справилась с собой и произнесла:
— Квартиру эту я хочу подарить Андрюше. Надо съездить, оформить.
— Анна Геннадьевна… — растерялась Алина. — Даже не знаю, что сказать.
— Не надо ничего говорить, девочка, — улыбнулась Анна Геннадьевна и отвернулась к окну, чтобы скрыть слёзы.
— Мам! Алинка съехала, я знаю, ну могу я теперь жить в той квартире, а? — прямо сходу спросил Егор, когда позвонил матери.
— Нет. Она вернётся, — коротко ответила Анна Геннадьевна.
