Входная дверь хлопнула. Марина вздрогнула — неужели Андрей вернулся? Но в кухню вошёл не муж, а его младшая сестра Катя — живая, энергичная девушка двадцати пяти лет.
— Мам, я за докумен… — она осеклась, увидев заплаканное лицо Марины. — Что случилось?
— Ничего особенного, — Галина Михайловна пожала плечами. — Марина расстраивается из-за квартиры.
— Какой квартиры? — Катя нахмурилась.
— Твоя мать и брат продали мою квартиру без моего ведома, — глухо сказала Марина.
Катя застыла с открытым ртом:
— Что? Как это — продали? Ту, что от бабушки?
— Мам! — Катя повернулась к матери. — Это правда?
— Катерина, не лезь не в своё дело, — отрезала Галина Михайловна. — Это касается только Андрея и Марины.
— Да ну? А то, что вы вечно лезете в их жизнь, вас не касается?
— Катя! — прикрикнула мать.
Но Катя уже завелась:
— Нет, мам, хватит! Я молчала, когда вы Андрея настраивали против Марининой работы. Молчала, когда вы им квартиру выбирали — подальше от её родителей и поближе к вам. Но это уже слишком!
— Ты ничего не понимаешь! — Галина Михайловна побагровела. — Я забочусь о благополучии сына!
— Вы заботитесь о контроле! — выпалила Катя. — Вам нужно, чтобы Андрей от вас зависел, чтобы Марина знала своё место!
— Как ты смеешь так говорить с матерью!
— А как вы смеете красть чужое имущество?
Галина Михайловна встала, величественная в своём гневе:
— Никто ничего не крал. Всё законно оформлено.
— Законно — не значит правильно, — парировала Катя. Она повернулась к Марине: — Ты юристу уже звонила?
— Давай я свяжу тебя со своим. Он специалист по семейному праву, уже помогал моей подруге в похожей ситуации.
— Катерина! — Галина Михайловна стукнула ладонью по столу. — Ты не посмеешь помогать ей развалить семью брата!
— Семью развалили вы с Андреем, когда решили, что можно распоряжаться чужим имуществом!
Мать и дочь встали друг напротив друга, и Марина вдруг увидела, как они похожи — те же волевые подбородки, те же карие глаза. Только в глазах Кати горела справедливость, а в глазах Галины Михайловны — холодный расчёт.
Телефон Марины зазвонил. Андрей.
— Да, — она ответила, включив громкую связь.
— Марин, я еду домой. Нам нужно поговорить.
— О чём говорить, Андрей? О том, как ты предал меня?
— Я никого не предавал. Я принял решение в интересах нашей семьи.
— В интересах твоего бизнеса, ты хотел сказать.
— Мой бизнес — это наше будущее!
— Нет, Андрей. Это твоё будущее. Моё будущее ты только что продал за тридцать миллионов.
— Тридцать пять, — поправила Галина Михайловна.
— О, простите, — Марина повернулась к свекрови. — За тридцать пять. Это, конечно, всё меняет.
— Марин, прекрати истерику, — в голосе Андрея появились властные нотки. — Я еду, и мы спокойно всё обсудим.
— Нет, — отрезала Марина. — Обсуждать больше нечего. Я звоню адвокату.
— Ты с ума сошла? Хочешь судиться со мной?
— А ты оставил мне выбор?
— Марина, подумай! Если ты начнёшь судебную тяжбу, я подам на развод.
