Аня неподвижно сидела минут десять. Ей даже не пришло в голову закрыть ноутбук. Она просто смотрела на это короткое сообщение и не могла понять, что чувствует.
Гнев? Боль? Ревность?
Нет. Странное, почти равнодушное онемение. Как будто внутри сломалась тонкая пружинка — и все остановилось.
Она встала, медленно закрыла крышку, убрала ноутбук в шкаф. Потом пошла в душ, как будто можно было смыть с себя липкое ощущение предательства.
Пока капли били по плечам, в голове крутилась одна мысль:
«Значит, я не сошла с ума. Это действительно происходило. Я ничего не выдумала».
Когда Саша вернулся с пакетом булочек и клубникой («взял, как ты любишь»), Аня уже пришла в себя. Только во взгляде появилось что-то новое. Холод, которого раньше не было.
— Ты сегодня какая-то не такая, — заметил Саша, подвигая к ней пакет, — все в порядке?
— Угу, — кивнула она, — просто устала.
Она не хотела говорить. Пока.
Хотела понять, почему он это сделал. Ведь, казалось бы, у них было все: уют, забота, общие планы. Инициатором переезда был он, выбирал район — тоже он.
Получается, знал, что напротив живет бывшая.
Аня вспомнила, как он уговаривал ее снять именно эту квартиру. Как радовался:
— Ну посмотри, как тут хорошо, и метро рядом!
Сейчас все имело совершенно другой смысл.
На следующий день, когда Саша ушел на работу, она снова открыла ноутбук. Не из любопытства даже, а из желания понять. Открыла ту же переписку и прочла их разговоры.
Они переписывались почти каждый вечер. Не о любви. О привычках, о воспоминаниях. Слова были где-то сухими, где-то теплыми, где-то дружескими.
«Знаешь, мне так уютно видеть свет в твоем окне», — написала Ира два дня назад.
«А я иногда иду через двор, просто чтобы пройти мимо твоих окон», — ответил он.
Эти фразы прожгли Ане сердце.
Когда Саша вернулся вечером, Аня уже знала, что скажет.
Она не кричала. Не устраивала сцен.
— Ты снова был у нее? — спросила тихо, без обвинения. Просто констатировала факт.
Он замер. И это его замешательство все подтвердило.
— Ира. Балкон напротив. Ваши переписки. Мне продолжать?
Он опустился на стул, как будто у него подкашивались ноги.
— Слушай… Это ничего не значит. Мы просто… разговариваем.
— Ты привез меня в квартиру напротив своей бывшей. Ты ходишь к ней ночью. Ты врешь мне. Это ничего не значит?
Саша пытался что-то объяснить, запинался, мялся, но все это было уже неважно. Она не слушала.
— Мне не нужно, чтобы ты объяснялся. Я все поняла. Ты живешь там, в прошлом, рядом с ней. А я — только фон для твоих страданий.
Он пытался взять ее за руку, но она отступила.
— Не надо. Просто не надо.
И вышла из кухни, оставив его в полном одиночестве. ***
Аня ушла на следующий день.
Собрала вещи без скандала. Без истерик. Только попросила Сашу больше не приходить к ней и не писать.
Он не удивился. Только тихо сказал:
— Прости. Я действительно запутался.
Она ничего не ответила. Потому что внутри не было слов, которые могли что-то исправить.
Переехала к подруге в крошечную студию с видом на парковку.
