— Что? — Павел вскочил с дивана. — Ты не можешь!
— Могу. Квартира оформлена на меня. Ты вписан только как супруг, но не как собственник. А поскольку первоначальный взнос был из моих добрачных средств, и все платежи по ипотеке делала я, что подтверждается банковскими выписками, я имею полное право распоряжаться этой недвижимостью.
— Но…, но мы же женаты!
— Да, — Светлана кивнула. — Поэтому я готова выплатить тебе компенсацию. Ровно половину от той суммы, которую ты вложил в эту квартиру за три года.
— Но я же ничего не вкладывал! — воскликнул Павел, не подумав.
— Вот именно, — улыбнулась Светлана. — Ноль пополам — это ноль.
Антонина Петровна влетела в комнату:
— Что здесь происходит? Павлуша, что она несёт?
— Она хочет продать квартиру! — Павел был в панике.
— Не может! — уверенно заявила свекровь. — Это ваша общая собственность!
— Я уже консультировалась с юристом, — спокойно ответила Светлана. — Всё законно. Квартира будет выставлена на продажу. После погашения ипотеки оставшуюся сумму я разделю согласно нашим вложениям. То есть заберу всё.
— Ты не посмеешь! — взвизгнула Антонина Петровна. — Павлуша, сделай что-нибудь!
Но Павел молчал, осознавая, что Светлана права. Все эти годы он действительно не вложил в квартиру ни копейки.
— У вас есть два варианта, — продолжила Светлана. — Либо вы съезжаете, и мы с Пашей пытаемся сохранить семью. Либо я продаю квартиру, и вы ищете, где жить. Решайте.
— Это шантаж! — закричала свекровь.
— Нет, это ультиматум, — поправила Светлана. — У вас есть время до конца недели.
Она взяла заранее собранную сумку и направилась к двери.
— Света, постой! — Павел бросился за ней. — Ты не можешь вот так просто уйти!
— Могу и ухожу, — она обернулась на пороге. — Знаешь, Паша, я три года надеялась, что ты изменишься. Что найдёшь работу, что станешь настоящим мужем, главой семьи. Но ты предпочёл остаться маменькиным сынком. Что ж, живи с мамой. А я заслуживаю нормальной жизни.
— Светка, да ты пожалеешь! — крикнула ей вслед Антонина Петровна. — Кому ты нужна, тридцатилетняя разведёнка!
Светлана не ответила. Она спустилась по лестнице, села в свою машину и уехала. В зеркало заднего вида она видела, как Павел стоит у подъезда, растерянный и жалкий.
Следующие дни были самыми тяжёлыми в жизни Светланы. Павел названивал по сто раз на дню, умоляя вернуться. Антонина Петровна слала сообщения, где перемежались угрозы и попытки вызвать жалость. Но Светлана держалась.
На четвёртый день позвонил риэлтор:
— Светлана Андреевна, у меня хорошие новости. Есть покупатели на вашу квартиру. Готовы платить полную стоимость.
— Отлично, — ответила Светлана. — Организуйте показ.
Вечером того же дня явился Павел. Без мамы, что уже было прогрессом.
— Света, давай поговорим нормально, — он выглядел осунувшимся. — Без криков, без угроз.
— Давай, — согласилась Светлана.
Они сели в кафе неподалёку от дома подруги, где она временно остановилась.
