Семнадцать лет… Столько прошло со дня смерти Андрея. И всё это время Алла мне врала? О чём?
Я услышала шаги, направляющиеся к выходу из кухни, и быстро прошмыгнула в ванную. Сердце колотилось так громко, что казалось, его слышно в соседней комнате. Нужно было взять себя в руки, сделать вид, что я только что пришла.
— Аллочка! — позвала я, выходя из ванной. — Это я!
— Светка? — сестра появилась в коридоре, и я заметила, как она покраснела. — Ты когда пришла?
— Только что. Совсем промокла под дождём, пришлось в ванной привести себя в порядок.
Алла облегчённо выдохнула. За её спиной мелькнула мужская фигура — высокий, седоватый, в очках. Он кивнул мне и направился к выходу.
— Познакомь нас, — сказала я, стараясь говорить естественно.
— А, это… это Валера, сосед, — Алла замялась. — Он кран мне чинил на кухне.
Валера натянуто улыбнулся и быстро ушёл. Я проводила его взглядом — интересно, соседи теперь ходят в гости в приличных рубашках и с цветочным одеколоном?
— Садись за стол, — засуетилась Алла. — Я картошку с грибами сделала, твою любимую.
Мы сели ужинать, но еда казалась безвкусной. Я механически жевала, а в голове крутились обрывки подслушанного разговора. Что за тайну хранит сестра? И действительно ли лучше не знать правды?
— Ты какая-то странная сегодня, — заметила Алла, накладывая мне добавку. — Случилось что-то?
— Да нет, всё нормально. Просто устала на работе.
— А как Лешка с Машкой? Давно не видела внуков.
— Хорошо, растут потихоньку. Леша в школе отличником стал, а Маша в танцевальный кружок записалась.
Мы говорили о детях, о работе, о погоде, но я чувствовала какую-то фальшь в каждом слове. Алла тоже была не такой, как обычно — суетливая, нервная, всё время отводила глаза.
— Алл, — сказала я наконец, — а помнишь Тамару Селезнёву?
Сестра замерла с ложкой на полдороги ко рту.
— Которую? А, Андрейкину сослуживицу? А что её вспомнила?
— Да так, недавно подумала — давно её не видела. Может, навестить как-нибудь?
— Да зачем тебе? — быстро ответила Алла. — Она ведь почти чужая. И потом, не знаю даже, где она теперь живёт.
— А я знаю. У неё дочка в нашем районе квартиру купила, Тамара к ней переехала.
Алла отложила ложку и посмотрела на меня внимательно.
— Слушай, а чего ты вдруг об Андрее вспомнила? Что-то случилось?
— Ничего не случилось. Просто… скоро годовщина, вот и думаю о нём.
— Не надо думать, — резко сказала сестра. — Зачем ворошить прошлое? Жить надо сегодняшним днем.
Её тон был настолько категоричным, что я удивилась. Обычно Алла понимала мою тоску по мужу, даже сама иногда вспоминала какие-то истории про Андрея.
— Странно ты говоришь, — заметила я. — Раньше ты не возражала, когда я о нём рассказывала.
— Не возражала и сейчас не возражаю. Просто считаю, что тебе пора… ну, как бы это сказать… отпустить его.
— Отпустить? — я не поверила своим ушам. — Алла, ты что несёшь? Это же мой муж был, мы двадцать лет прожили вместе.
— Ну и что? Он умер, а ты живая. Тебе ещё жить и жить.
