— При чём тут это? Я и живу нормально, работаю, внуками занимаюсь. Но забыть Андрея не собираюсь.
Алла встала из-за стола и принялась убирать посуду. Двигалась она резко, нервно, тарелки звенели в её руках.
— Не надо его идеализировать, Светка.
— Что значит — идеализировать? — я тоже встала. — Он был хорошим мужем и отцом.
— Был, да не весь, — буркнула сестра себе под нос.
— Ничего, ничего. Иди в комнату, я посуду домою.
Но я не ушла. Подошла к Алле вплотную и повернула её к себе.
— Ты что-то знаешь. Что ты от меня скрываешь?
— Да ничего я не скрываю! — Алла попыталась высвободиться. — Отстань, пожалуйста.
— Алла, мы сёстры. Если есть что-то, что я должна знать…
— Не должна! — крикнула она так громко, что я отпрянула. — Ничего ты знать не должна! И не надо копать!
Мы стояли друг против друга, и я видела в её глазах что-то похожее на отчаяние. Она определённо что-то скрывала, и это что-то было связано с Андреем.
— Алла, пожалуйста, — сказала я мягче. — Что бы это ни было, я имею право знать правду о своём муже.
Сестра опустилась на стул и закрыла лицо руками.
— Не имеешь, — прошептала она. — Некоторые вещи лучше не знать.
— А если я сама узнаю? Если случайно встречу кого-то, кто расскажет?
Алла подняла голову. Глаза у неё были красные, как будто она вот-вот заплачет.
— Откуда ты узнаешь? Кто тебе расскажет?
— Не знаю. Тамара, например.
Я села рядом и взяла сестру за руку.
— Алл, ну что случилось? Почему ты так боишься мне что-то рассказать? Я же взрослая женщина, не развалюсь.
Алла долго молчала, потом тихо сказала:
— А вдруг развалишься?
— Не развалюсь. Обещаю.
— Светка, ну зачем тебе это? Ты же счастлива сейчас, спокойна…
— Какое может быть спокойствие, если я чувствую, что мне врут?
Алла вздохнула и встала. Прошлась по кухне, потом вернулась и села.
— Хорошо, — сказала она наконец. — Только не говори потом, что я тебя не предупреждала.
Я приготовилась слушать, но сердце всё равно екнуло от волнения.
— Андрей пил, — начала Алла. — Сильно пил, особенно последние годы. И не только пил.
— Что значит — не только?
— У него были женщины.
Слова повисли в воздухе между нами. Я смотрела на сестру и не понимала, о чём она говорит.
— Разные. Коллеги, соседки… Даже не знаю всех.
— Это неправда, — сказала я механически. — Андрей меня любил.
— Любил, может быть, и любил. Но изменял тебе направо и налево.
— Видела их вместе не раз. И не только я. Половина района знала, только все молчали — жалели тебя.
Я попыталась встать, но ноги не держали. Алла протянула мне стакан воды.
— Пей, — сказала она мягко.
— Не может быть, — прошептала я. — Он же был дома каждый вечер, мы вместе телевизор смотрели, разговаривали…
— А днём что делал? А в командировках? А когда на дачу к друзьям ездил?
Я попыталась вспомнить. Действительно, Андрей часто задерживался на работе, ездил в командировки, проводил выходные с приятелями на даче… Но разве это что-то доказывает?
