Руки тряслись, когда я возвращала телефон на место. В голове стучало одно слово: «Врал, врал, врал…» Никаких деловых встреч. Никаких важных проектов. Банальная измена с девушкой, которая годится ему в дочери.
Я не спала до утра. Лежала рядом с ним и думала — что делать дальше? Устроить скандал? Молча собрать вещи? Потребовать объяснений? А может, попытаться бороться за семью?
Утром Олег встал как ни в чём не бывало. Завтракал, читал новости, рассказывал анекдот, который услышал вчера от соседа по даче.
— Лариса, ты что-то бледная. Плохо спала?
— Плохо, — честно ответила я.
— Может, к врачу сходишь? В нашем возрасте надо следить за здоровьем.
«В нашем возрасте». А самому-то не скучно с двадцатипятилетней?
— Схожу, — сказала я.
В понедельник, когда Олег ушёл на работу, я позвонила Вере.
Сестра примчалась через полчаса. Выслушала мою историю, покачала головой.
— Ну что, убедилась? А ещё защищала его.
— Вера, что мне делать?
— А что хочешь делать?
— Не знаю. Вроде бы ясно всё — изменяет, врёт, значит, надо разводиться. Но… двадцать три года совместной жизни. Сын. Квартира. И потом — мне уже пятьдесят один. Кому я нужна в таком возрасте?
— Лариска, ты себя слышишь? «Кому я нужна» — это вообще не тот вопрос, который надо задавать. Вопрос в том — нужен ли тебе муж, который тебя не уважает.
— Может, это просто кризис среднего возраста? Переживёт и вернётся?
— А ты готова ждать? Готова делать вид, что ничего не знаешь?
Я промолчала. Честно говоря, не знала.
— Лариса, давай по-другому поступим. Давай ты с ним поговоришь. Прямо скажешь, что знаешь. И посмотришь на его реакцию. Если будет оправдываться, врать дальше — значит, не дорожит тобой. А если признается, попросит прощения — тогда можно подумать.
Предложение показалось разумным. Весь день я репетировала разговор. Как начать? Что сказать? Как держать себя в руках?
Олег пришёл домой поздно, усталый и явно не в духе.
— Кошмарный. Клиенты достали, начальство давит, коллеги подставляют.
Он прошёл в ванную, долго плескался. Потом мы поужинали, посмотрели новости. Олег явно расслаблялся — шутил, рассказывал смешные истории с работы.
— Олег, — сказала я, когда он потянулся к пульту от телевизора. — Мне надо с тобой поговорить.
— О чём? — Он не отрывал взгляда от экрана.
Его рука замерла на пульте. Потом он медленно повернулся ко мне.
— О той, которую ты любишь.
Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза. Я видела, как в его взгляде борются разные чувства — страх, злость, облегчение.
— Твой телефон. В субботу ночью.
Олег тяжело вздохнул, откинулся на спинку дивана.
— Не надо ничего объяснять. Просто скажи — это серьёзно?
— Не знаю. — Он говорил тихо, не глядя на меня. — Наверное, да.
Странно, но этого признания я ждала. И когда услышала, почувствовала не боль, а какое-то облегчение. Наконец-то правда.
Олег встал, прошёлся по комнате.
— Лариса, я не планировал, чтобы ты узнала. Не хотел причинять тебе боль.
— Но причинял. Каждый день своим враньём.
