Павел испугался. Он любил жену и не хотел терять. На следующий день поговорил с матерью. Разговор вышел тяжёлым. Галина Петровна рыдала, обвиняла невестку в том, что та настраивает сына против родной матери.
— Я всю жизнь тебе отдала! Одна растила, во всём себе отказывала! А теперь эта выскочка решает, когда мне можно тебя видеть!
— Мама, никто не запрещает нам видеться. Просто предупреждай о визитах. И приходи не каждый день.
— Так я и знала! Она тебя настроила! Променял мать на юбку!
Галина Петровна ушла в слезах. Две недели не появлялась и не звонила. Тамара начала расслабляться, подумала, что кризис миновал. Но свекровь просто готовила новую атаку.
Она начала названивать Павлу на работу, жаловаться на здоровье. Говорила, что у неё сердце болит, давление скачет, а невестка довела её до такого состояния. Павел срывался с работы, мчался к матери, а та оказывалась вполне здоровой.
— Я просто хотела тебя увидеть! Ты же теперь домой к матери не заходишь!
Потом Галина Петровна сменила тактику. Начала присылать Павлу сообщения с фотографиями его детства, писала трогательные письма о том, как он был маленьким, как она его любила. Павел чувствовал вину, метался между матерью и женой.
Тамара видела, как мучается муж, и решила сделать последнюю попытку наладить отношения. Пригласила свекровь на разговор в кафе — на нейтральной территории.
— Галина Петровна, давайте попробуем найти компромисс. Я не против того, чтобы вы приходили в гости. Но давайте договоримся о правилах. Предупреждайте о визитах, приходите не чаще раза в неделю, не вмешивайтесь в наш быт.
— Правила? Ты мне, матери своего мужа, правила устанавливаешь? Да кто ты такая вообще?
— Я жена вашего сына. И хозяйка в своём доме.
— В своём? Это я дала деньги на вашу квартиру! Если бы не я, жили бы где-нибудь в общежитии!
— Вы дали тридцать тысяч! Квартира стоит три миллиона! Мы выплачиваем ипотеку из своих зарплат!
— Неблагодарная дрянь! Я всё Павлику расскажу!
Галина Петровна вскочила и ушла, не доев десерт. Тамара осталась сидеть, понимая, что все попытки бесполезны.
Вечером Павел накричал на жену:
— Ты назвала мою мать сумасшедшей старухой!
— Что? Я этого не говорила!
— Она мне всё рассказала! Как ты её оскорбляла, унижала!
— Паша, она врёт! Я просто просила соблюдать границы!
— Мама не может врать!
Тамара посмотрела на мужа и поняла — он никогда не встанет на её сторону. Мать для него всегда будет права, что бы она ни сделала.
На следующий день Тамара начала искать съёмную квартиру. Нашла небольшую однушку недалеко от работы. Когда сказала Павлу, что уезжает, он не поверил:
— Ты же не серьёзно? Из-за каких-то мелочей готова семью разрушить?
— Мелочей? Твоя мать превратила мою жизнь в ад! А ты даже не пытаешься меня защитить!
— Она моя мать! Единственная! А жену я могу найти другую!
Эти слова стали последней точкой. Тамара собрала вещи и уехала в тот же день. Павел думал, что она одумается, вернётся. Но дни шли, а Тамара не возвращалась.
Галина Петровна торжествовала:
