— Думаю, — кивнула она. — Но сначала нужно окончательно решить вопрос с твоей мамой.
Словно услышав упоминание о себе, зазвонил телефон Павла. Галина Петровна.
— Не бери, — попросила Татьяна.
— Она не отстанет, — Павел всё же ответил. — Да, мам.
— Паша! Я тут узнала — квартира той бабки стоит целое состояние! Вы хоть понимаете, какие налоги придётся платить?
— Мама, мы разберёмся, — устало ответил Павел.
— Разберётесь! А если налоговая начнёт проверку? А если выяснится, что квартира получена незаконно?
— Мама, достаточно, — Павел нажал отбой.
Татьяна взяла его за руку:
— Она никогда не успокоится, да?
— Успокоится, — уверенно сказал Павел. — Когда поймёт, что мы семья. Настоящая семья, которая принимает решения вместе.
Они стояли посреди пустой квартиры, которая скоро станет их новым домом. Домом, где они будут жить по своим правилам, без манипуляций и контроля.
Татьяна прижалась к мужу:
— Знаешь, может, стоит пригласить твою маму на новоселье? Показать, что мы не отталкиваем её, просто устанавливаем границы.
— Ты серьёзно? — удивился Павел.
— Серьёзно. Она всё-таки твоя мать. И бабушка Кости. Может, когда она увидит, что мы счастливы, что у нас всё хорошо, она успокоится.
Павел поцеловал жену:
— Ты удивительная женщина. После всего, что она тебе наговорила…
— Я делаю это не для неё, — улыбнулась Татьяна. — А для нас. Чтобы в нашей семье не было места обидам и злости.
Они вышли из квартиры, планируя ремонт и новую жизнь. Жизнь, в которой будет место для всех — но у каждого будет своё место, без нарушения границ других.
Галина Петровна ещё долго пыталась влиять на решения сына и невестки, но постепенно поняла — время её безраздельного контроля прошло. И, как ни странно, когда она приняла это, отношения в семье стали налаживаться. Она всё ещё давала советы, но уже не требовала их исполнения. Всё ещё считала, что лучше знает, как надо, но держала это мнение при себе.
А Татьяна и Павел въехали в отремонтированную квартиру через полгода. На новоселье пришла и Галина Петровна. Она принесла большой пирог и, вручая его невестке, тихо сказала:
— Может, я была неправа.
Это было не извинение, но для Галины Петровны это был огромный шаг. Татьяна приняла пирог и улыбнулась:
— Спасибо. Проходите, мы вам рады.
И впервые за много лет эти слова были искренними.
