Девочка принялась толкать его, так что через пару минут пришлось сдаться — не драться же с девчонкой! Он пошел на горку, но та увязалась за ним.
— Тебе нельзя здесь кататься, ты чужой! — продолжала наседать она.
Стараясь её игнорировать, Дима забрался на высокую лестницу, бросив рюкзак внизу. И тут противная девчонка открыла его рюкзак и принялась там копаться.
— А ну, прекрати! — закричал Дима.
Как он сорвался с лестницы, Дима так и не понял. Сначала он ничего не почувствовал. Просто услышал такой звук, будто большая ветка сломалась, и даже хотел встать, но не получилось. Женщина с лавочки бросилась к нему, девочка в розовом платье закричала. Дима поднял глаза на чужое взрослое лицо, и в этот момент ногу обожгло, словно миллион царапин залили йодом.
— Не шевелись! — сказала женщина, придерживая его за плечи. — И не смотри на ногу, не смотри!
Она была страшно бледная, эта женщина.
— Я сейчас скорую вызову, — лепетала она. — Тебе нужна скорая, сейчас. Или лучше маме твоей позвонить? Мама твоя где, рядом? У тебя телефон есть?
Вокруг уже собралась толпа, состоящая, в основном из детей. Дима судорожно втянул воздух и хрипло сказал:
— Позвоните лучше папе… Он у меня на скорой работает…
Дядя Вася приехал быстро, быстрее, чем скорая помощь, которую все же кто-то вызвал. Он растолкал сгрудившихся кругом детей, обшарил Диму взглядом и остановился на ноге, на которую Дима так и не посмотрел — не потому, что послушал незнакомую женщину, а потому, что просто не мог пошевелиться: стоило ему двинуться, и от боли становилось нечем дышать.
— Маленький мой… Больно? Потерпи, я сейчас, потерпи…
Женщина, которая все это время держала его за руку, заговорила:
— Вы отец? Ну, наконец-то! Я так испугалась, ужас какой-то! Вон, скорая подъезжает — я хотела вызвать, но он говорит, что лучше папу…
Диму обожгло горячим, и он зажмурился: сейчас дядя скажет, что никакой он не папа, и зачем только Дима такое сказал! И тут грубая дядина рука сжала его ладонь, а сам дядя произнес:
— Спасибо, все нормально, это я вызвал — сам на скорой работаю, попросил, чтобы быстрее, — и потом добавил, обращаясь уже к Диме. — Ну, ты как?
Медленно выпустив воздух, Дима поднял на него глаза и чуть слышно сказал:
Уже потом, когда ему сделали операцию (оказалось, что перелом сложный, и без операции никак не обойтись), и он лежал в палате вместе с еще двумя мальчиками, а тетя сидела рядом на стуле и все время промокала глаза бумажной салфеткой, дядя, который неуверенно стоял в дверях, спросил:
— Ты, может, хочешь чего? Чего тебе принести? Книжку, может, купить? Я, правда, в них ничего не понимаю, но если ты скажешь какую, я куплю.
Дима посмотрел на тетю, потом на свою загипсованную ногу, и тихо сказал:
— Я хочу, чтобы ты вернулся домой.
Дядя испуганно и часто заморгал, а тетя уткнулась лицом в ладони и громко захлюпала носом.
— Да, конечно, Димка, я…
Дядя мотнул головой, а Дима выразительно показал ему глазами на тетю. Тот сразу понял — подошел к ней, опустился на колени и обнял.
