Откликнулся только один.
-Есть у меня квартирка на сдачу, и ключи у меня, так как хозяин на Севере. Только она…мягко говоря убитая и крошечная.И кроме того я не успел клининг вызвать после того, как студенты оттуда съехали, — сказал он. — Поедете смотреть?
-Да! Конечно! — ответил Миша, в то время, как жена согнулась в три погибели от пронзившей её боли внизу живота.
К полуночи они заселились в малюсенькое, вонючее, донельзя загаженное помещение.
Но они были рады и этому.
Отогрелись. Вскипятили воду, выпив голый кипяток — не додумались кинуть с собой заварку и хлеб.
Жанна чувствовала себя все хуже.
Вызвали скорую. Но ребенка сохранить не получилось.
К квартирке, за которую пришлось сразу оплатить за два месяца, и, которую отмыли, отскоблили, отшоркали, поклеили свежие веселые обои, повесили тюль, купили нормальный диван, привыкли.
Тем более вскоре заболела и слегла восьмидесятипятилетняя бабушка Жанны и ей пришлось чуть ли не переселиться к ней.
Михаилу одному в малюсенькой, но ставшей более-менее уютной «конуре», было комфортно.
С мамой он со временем помирился, однако в гости к ней не ходил, чтобы не мешать её личному счастью с молодым «мужем», который был его ровесником.
За выбор партнера Михаил мать не осуждал — лишь бы ей было хорошо.
Только попытался предостеречь мать от «развода» её на деньги.
-Мам, только ты поосторожнее с этим Эдиком — как-то начал он, но Татьяна Семеновна перебила его.
-В смысле, осторожней? Я что, по твоему, л. о. х.у.ш.к.а? Да Эдичка боготворит меня. Понятно?! — раздраженно ответила мать и перевела разговор на другую тему.
Как бы Жанна не ухаживала, как ни старалась, она не смогла остановить естественный процесс — возраст никто не отменял — её любимая бабуля угасла, отписав внучке свою квартиру.
С этого времени жизнь семьи начала входить в спокойную, уютную, удобную колею.
Жанна поставила крест на мечте о своем ребенке. Хотя всё еще с завистью смотрела на счастливых мамочек и папочек, гуляющих с толстощекими карапузами.
-А ведь наш малыш уже бы вот-вот в школу пошел, — иной раз с грустью вспоминала она свою единственную, плачевно закончившуюся, беременность., обращаясь к мужу.
-Да не было там еще никакого малыша, — успокаивал её Миша.
Квартира, которая досталась им от умершей бабушки, была хоть и однокомнатной, но старой постройки. Жанна слышала, что эти дома пленные немцы в сороковых годах прошлого века строили.
Толстые стены, высокие, трехметровые потолки, необычная планировка и расположение в центре города делали эту недвижимость востребованной и дорогой.
-Давай продадим этот раритет в центре, — как-то предложил Михаил. — и купим на эти деньги нормальную, современную двушку, а то и трешку от застройщика на окраине.
-Ой… я так уже тут привыкла….Район отличный, да и до работы мне десять минут быстрым шагом. — улыбнулась Жанна.
В принципе, она была довольна наступившим отрезком своей жизни.
Правда он был без особых эмоциональных всплесков, но зато спокойный и упорядоченный.
