Я, между прочим, продавать ее не собиралась. Чего еще мы о тебе не знаем, дорогая моя мама?
– А чего она в шкафу висит? Ты ее не носишь, я же не видела ни разу. Значит, вещь ненужная. А выкинуть ее жалко. Вот я решила продать. Хотела тебя копеечкой порадовать — показать, что даже за бесполезные вещи можно что-то выручить. А ты, неблагодарная, опять орешь.
– Где ты эту покупательницу нашла?
– Я в прошлый приход твои вещи сфотографировала, и выложила в интернет. Вот, на туфли вон те, в коробках, тоже есть желающие, сегодня должны подъехать.
Скажи спасибо матери, что я с твоим барахлом разбираюсь. А то так и погрязнете в хламе.
– И сколько ты за нее хотела выручить, за шубу мою?
– Десять тысяч. Чего ты, она ж искусственная наверняка?
– Мама, она стоит триста тысяч! — только и произнесла Лара. — Это норковая шуба, Федя мне ее с годовой премии купил. Да еще и денег в течение года откладывал.
– Как это триста тысяч? — севшим голосом произнесла Татьяна Сергеевна. — Вот почему эта женщина так спешила ее купить?
– Так, все, ключи мне сюда, и вон из моего дома! — прорычала Лариса, бледнея. — И больше без меня или Феди чтобы ноги твоей тут больше не было!
Хотя нет, ключи себе оставь, потому что замки мы все равно поменяем!
Возмущенная таким поступком дочери, Татьяна Сергеевна буквально выбежала прочь. А Лара принялась громко смеяться, понимая всю абсурдность ситуации.
Больше внезапных визитов мамы в ее жизни не было. Федор замки поменял. А мама хоть и повозмущалась, но все же поняла, что в доме дочери ей не стоит вести себя, как хозяйка.
Автор: Екатерина Коваленко
