— Ерунда! Ест он в саду. Вечером пиццу закажу.
— Ерунда! Всего-то три дня.
Таня позвонила свекрови. Мягко намекнула, что была бы рада, если бы они прилетели. Или хотя бы одна Нелли Германовна.
— Почему бы вам просто не привезти пока Ромочку к нам.
У Тани чуть не сорвалось с языка: «Да он вас даже не знает!» Деда с бабкой сын видел только по видеосвязи, но это другое. Мало тепла в таком общении.
Стало понятно, что родители не приедут. Таня успокаивала себя, что три дня, пока она в роддоме, Тим с Ромкой уж как-нибудь справятся.
Теперь, когда сын ходил в детский садик, Татьяне стало полегче. Она могла пройтись по магазинам спокойно, снова пошла в салон красоты. Сходила даже в кино на дневной сеанс. Но фильм оказался грустным, а с учетом гормонов Татьяна и вовсе обревелась вся.
Один раз сходила на обед с подругами. Но выпивать категорически отказалась, и Рита, их с Лерой одноклассница, скривилась:
— Ты то с малым приходила — ни поесть, ни выпить спокойно. Теперь вторым беременная, вина боишься отхлебнуть. Что за жизнь у тебя?
— Нормальная у меня жизнь. Мне нравится. — твёрдо ответила Таня.
Но решила, что больше на эти встречи ходить не будет. Жила она как-то два с половиной года без этих девичников, и дальше проживёт.
Беременность протекала нормально. Таня регулярно посещала врача и проходила все необходимые обследования. Родиться должна была девочка.
С первыми схватками Татьяна уехала в родильный дом. На скорой. Посреди ночи.
— Утром Рому в сад отведу, и сразу к тебе! — пообещал муж.
А она всё объясняла, куда вести Рому, боялась, что Тим перепутает дверь.
— Ты чего, мать? Куда все поведут, туда и я. Увозите уже!
— А группа! Группы-то разные. Наша…
— Мам, я знаю свою группу! Поезжай уже за сестрёнкой. — громко сказал Рома.
Врач улыбнулась и закрыла дверь скорой.
Таня не могла родить уже десять часов. Вся измучилась. Но роды никак не хотели переходить в завершающую стадию. Она знала, что со вторым должно быть полегче, но ей, видимо, не повезло.
Давление не поднималось выше нормы. Врачи пожимали плечами — всё хотели, чтобы Таня родила сама. Но никакая стимуляция не сработала. Наконец её повезли на операцию.
Родилась здоровая девочка. Таня приходила в себя после наркоза и чувствовала, что ей… плохо.
— Мне плохо! — говорила она доктору.
Померили температуру. Она оказалась повышенной. У Тани без конца брали какие-то анализы, капали капельницы, но лучше не становилось. А температура всё ползла и ползла вверх.
Результаты анализов показывали воспалительный процесс. Но что за воспаление, никто не мог понять. Прошло три дня. Тимофей забрал их дочку домой — малышку выписали. А Таню продолжали обследовать, и ничего не находили. И даже через температурный туман — уже было под сорок — она чувствовала страх: как они там дома, без неё? А ей всё хуже… если она умрет, что будет делать Тимофей один с двумя детьми?
Вызвали лучшего профессора Москвы в области гинекологии. Баринова Юрия Григорьевича. Он просто взглянул на Таню и сказал:
