Утром Полина проснулась с чёткой решимостью. Она больше не будет оправдываться. Не будет объяснять. Квартира останется её, что бы ни говорила свекровь.
— Я поговорила с юристом, — заявила Татьяна, появившись в квартире после обеда. Полина взяла отгул, чтобы разобрать бабушкины вещи, и присутствие свекрови было особенно неуместным. — Он сказал, что есть способы оспорить завещание. Например, если доказать, что старый человек был не в себе.
Полина замерла с бабушкиным фотоальбомом в руках.
— Я говорю, что твоя бабушка была уже старенькая. Может, не совсем адекватная. Мы можем это доказать в суде.
— Вы… вы хотите оспорить завещание? Обвинить мою бабушку в слабоумии?
— Почему сразу в слабоумии? — Татьяна пожала плечами. — Просто в преклонном возрасте люди не всегда принимают правильные решения. Она же не знала, что ты выйдешь замуж за моего сына. Если бы знала, оформила бы всё правильно.
Полина медленно поднялась. В её глазах появился огонь, которого Татьяна раньше не видела.
— Выйдите из моей квартиры.
— Что? — опешила свекровь.
— Я сказала — выйдите из моей квартиры. Немедленно. — Да как ты смеешь! Я мать твоего мужа!
— И это не даёт вам права оскорблять память моей бабушки. Вон!
Татьяна попятилась к двери, на её лице отразилось изумление пополам с яростью.
— Максим об этом узнает! Ты пожалеешь о своей грубости!
Дверь с грохотом захлопнулась. Полина опустилась на пол прямо посреди комнаты. Руки дрожали. Она никогда раньше не повышала голос на свекровь. Всегда старалась быть вежливой, тактичной, уступчивой. И вот к чему это привело.
Вечером разразился скандал. Максим вернулся домой взвинченный и злой.
— Ты выгнала мою мать? — с порога начал он.
— Она хотела оспорить завещание моей бабушки, обвинив её в слабоумии.
— Мама просто хочет, чтобы в нашей семье всё было по справедливости!
— По справедливости? — Полина встала ему навстречу. — А что справедливого в том, чтобы отнять у меня единственное, что оставила бабушка?
— Никто ничего не отнимает! Просто квартира должна быть оформлена на главу семьи!
— На главу семьи? — Полина усмехнулась. — А кто это? Ты, который не может принять ни одного решения без мамочки? Или твоя мать, которая командует тобой, как марионеткой?
— Не смей оскорблять мою мать!
— А она смеет оскорблять память моей бабушки?
Максим открыл рот и закрыл. Аргументов не было. Были только эмоции и привычка всегда быть на стороне матери.
— Если ты не перепишешь квартиру, я… я уйду к маме, — наконец выдавил он.
Полина посмотрела на него долгим взглядом. На мужчину, за которого вышла замуж три года назад. Которого любила. Или думала, что любила. Сейчас перед ней стоял чужой человек. Маменькин сынок, неспособный защитить жену от нападок собственной матери.
— Уходи, — тихо сказала она.
— Что? — Максим явно не ожидал такого ответа.
— Я сказала — уходи. К маме. Она будет рада.
— Абсолютно. Собирай вещи и уходи. Квартира моя, ты сам это постоянно подчёркиваешь. Так что будь добр — освободи её.
