—Руки грязные, полы не мытые, собаки носятся. А ещё кондитер! Покупают же у неё, дурачки, — бормотала себе под нос Нонна Романовна. — Шла бы работать на завод, как все! Или в магазин. Или на кондитерскую фабрику, раз уж ей так нравится это дело! Строит из себя.
Тяжело отдуваясь, женщина наконец-то поднялась на свой пятый этаж и стала открывать дверь ключом. Это она, поднимаясь по лестнице в подъезде своего дома, заглянула в приоткрытую дверь квартиры, в которой жила женщина, занимавшаяся изготовлением тортов и десертов на дому. К ней снова пришёл покупатель: дела у неё шли отлично.
Очевидно, торты были вкусные, но сама Нонна никогда их не пробовала. Однажды соседка на праздник угостила её кусочком торта собственного изготовления. Нонна его взяла, но есть не стала: «Мало ли что? В каких условиях она его готовила? Косынку повязывала? Гляди что, ещё волос попадётся! Бррр… А какими руками? Перчатки надевала хоть? А то, может, собаку погладила, а потом за торт взялась. Ну его!» Вот и выкинула она тот кусок. А соседке не призналась. Улыбалась, говорила, что вкусно.
— Доброго здоровьица! — пожелала ей выходящая из своей квартиры другая соседка. Она тянула за поводок огромного пса. Видимо они отправлялись на прогулку.
— И вам не хворать! — улыбнулась Нонна. Она зашла в квартиру и захлопнула дверь.
— Ещё одна! Любезную из себя строит! А сама небось только и ждёт, чтобы я упала, вон, полы всё время намывает до блеска. Скользко же! — улыбка сползла с её лица, уступив место недовольному выражению. К ногам Нонны Романовны подбежал кот Тишка, она задумчиво почесала его за ухом. Кот заурчал.
Нонна Романовна жила в этой пятиэтажке шестьдесят лет. Они переехали сюда с родителями когда ей было десять. За то время сменилось множество жильцов. Кто-то просто переехал, кто-то ушёл в мир иной, так же как и родители Нонны. И вместо них стали жить в тех квартирах их внуки, правнуки или совсем чужие люди.
Со всеми Нонна была любезна. На людях. А за глаза она охотно «перемывала им косточки», ворчала. Правда жила женщина одна и потому этого никто не слышал, кроме её кота. Вот ему Нонна доверяла все свои мысли.
«За глаза царя ругают» — любила говорить бабушка Нонны. А Нонна — тогда совсем ещё маленькая девочка, спрашивала:
— Бабушка, а что такое «за глаза»? Что, у царя глаза были такие плохие?
Бабуля притягивала внучку к себе, крепко обнимала и, улыбаясь, говорила, что это такое выражение. И означает оно, что за глаза (то есть, за спиной) можно ругать, кого угодно, ведь он не слышит. Даже царя. А в глаза сказать смелости не у каждого сыщется…
Вот Нонна и ругала всех и вся. За глаза.
