— Денис Сергеевич Вам изменяет, Вера. Пока Вы были в Москве, он распустил прислугу — дал им выходные на несколько дней и привел в ваш дом женщину.
Вера молчала, она была потрясена. Она подозревала, что у супруга кто-то появился, но никаких доказательств не было. Белова даже ругала себя за свою паранойю, а оказалось, что она была права?
— Нет, извините, я, пожалуй, пойду, — соседка поднялась и решила уйти, — не слушайте меня, Вера. Не слушайте. Я что-то не то говорю, простите.
Белова подскочила и подошла к соседке. Вера взяла Татьяну Борисовну за плечи, обняла и усадила снова за столик в беседке:
— Нет-нет, это Вы меня извините, я просто настолько поражена, что не нашлась сразу, что сказать. Расскажите мне все. Это очень важно.
Татьяна Борисовна вздохнула с облегчением:
— Понимаете, Верочка, я человек старой формации. Может быть мои жизненные принципы далеки от принципов современной молодежи, но я считаю, что жить в обмане нельзя, это неуважение. А там где нет уважения друг к другу, нет любви. Более того, я считаю измены предательством, а предательства прощать нельзя ни в коем случае, — уверенно произнесла Пруткова.
— Вот и Таечка так считает, — задумчиво произнесла Белова и добавила, — Таисия — это моя подруга детства.
— Очень правильная у Вас подруга детства, — кивнула соседка, — так вот, Денис Сергеевич привел в дом женщину. Три дня они приезжали сюда вечером и уезжали утром.
В голове хозяйки дома пронеслись мысли, что все то время, пока она находилась в Москве, общалась с мужем по телефону. Он разговаривал, обсуждал некоторые дела, а в это время рядом с ним находилась какая-то женщина.
— В один из дней я успела их сфотографировать, — тихо добавила соседка, — если Вам интересно, я могу показать.
— Покажите, — равнодушно ответила Белова.
В следующий момент Татьяна Борисовна показала свой телефон. Фотографировала она из окна второго этажа, находящихся в соседском дворе людей было не очень хорошо видно. Чтобы рассмотреть как выглядит женщина, которую Денис Белов привел в дом, следовало увеличить фото.
Вера приблизила кадр и застыла. На фотографии рядом с ее супругом стояла Виктория Силина, в девичестве, Коркина — подруга детства Веры. На следующем фото Вика и Белов целовались, а дальше муж Веры что-то шептал любовнице на ухо.
Хозяйка дома чуть не потеряла сознание, когда увидела эти кадры. Вера моментально побледнела. Она хотела что-то сказать, но смогла только пошевелить губами.
— Верочка, Вам плохо? — испугалась Татьяна Борисовна.
— Все хорошо, — еле вымолвила Белова и вдруг заплакала, — это моя близкая подруга. Самая близкая в родном городе. Мы вместе выросли, — рыдала Вера, — Татьяна Борисовна, как же так? Разве там можно.
— Ну-ну, детка, не плачь, — пенсионерка обняла Веру и тоже заплакала, — это жизнь, Верушка. Так нельзя, но к сожалению так бывает. Другое дело, как жить дальше — простить, расстаться или отомстить.
Вера перестала плакать и посмотрела на соседку:
