— Проходи, доченька! — мама уже тянула меня к столу. — Мы как раз пирог испекли…
— Что — нет? — отец нахмурился.
— Не буду проходить. Не буду есть пирог. И переезжать не буду.
— Опять ты за свое… — начала Вика.
— Да, за свое! — я уже не сдерживалась. — У меня своя работа, которую я люблю! Свои друзья, свои увлечения! Я не могу всё это бросить и переехать сюда навсегда! Вы хоть понимаете, что я тоже человек? Что мне хочется иногда в кино сходить, с подругами встретиться, просто дома в тишине почитать? А не быть круглосуточной помощницей на побегушках!
— Марина, ну что ты голос повышаешь? — мама испуганно оглянулась на Свету и окинула соседские окна. — Неудобно же…
— Неудобно? — я горько усмехнулась. — А удобно требовать, чтобы я бросила всё и переехала? Удобно делать вид, что вам помощь нужна, хотя на семейные посиделки силы находятся?
— При чем тут посиделки? — отец грохнул кулаком по столу. — Мы о деле говорим! Дом большой…
— Да знаю я про дом! — перебила я. — И про хозяйство знаю, и про огород. Только вот что интересно — Вике вы квартиру просто взяли и отдали, и сейчас нет всяких условий и требований. Андрею деньги на бизнес отдали — и тоже ничего не требуете взамен. А мне дом даже не отдали — только обещаете, что когда-нибудь будет мой, а взамен уже сейчас требуете, чтобы я и переехала, и ухаживала, и по хозяйству помогала.
Почему с других детей ничего не требуете, а я должна годами отрабатывать даже не подаренное, а только обещанное?
— У Вики дети! — мама всплеснула руками.
— А у Андрея теперь невеста, да? — я кивнула в сторону притихшей Светы. — И только я, получается, лишняя? Свободная? Удобная?
— Ты что несешь? Какая лишняя?
— А такая! Вы же меня даже на ужин не позвали! Я случайно приехала! Потому что для вас я не человек — я функция. Нужна помощь — зовут Марину. Нужны деньги — зовут Марину. А на праздник можно и без нее обойтись…
Вика подозвала детей:
— Так, малыши, идем отсюда. Тётя Марина опять истерику закатывает.
— Ну конечно, — я почувствовала, как дрожит голос. — Я же тут всегда виновата. Стоит только своё мнение высказать — сразу истеричка. А вы все такие правильные…
— Да сколько можно? — отец стукнул по столу. — Вечно ты недовольна! Мы же о твоем будущем думаем!
— О моём будущем? — я горько усмехнулась. — Или о том, как бы меня половчее в бесплатные служанки определить?
— Не смей так с отцом разговаривать! — мама вскочила. — Мы тебя вырастили, а ты…
— А я что? Не оправдала надежд? Не вышла замуж по второму разу? Не нарожала детей? И теперь должна вечно чувствовать себя виноватой?
— Всё, хватит! — рявкнул отец. — Или переезжаешь, или можешь вообще сюда не приходить!
— Пап, ты сейчас серьезно? Ультиматумы ставишь?
Я развернулась и пошла к машине. За спиной слышался возмущенный голос Вики: «Ну и пусть катится, раз такая!», растерянный голос Светы: «А что случилось-то?»
Руки тряслись, когда заводила мотор. В зеркале заднего вида мелькнуло лицо отца — он дернулся было следом, но остановился у калитки.
