— Ладно, закончим утром, перед открытием. Я сейчас задохнусь от этой вони. Ненавижу разбирать новые коллекции, — ворчала крупная коренастая тетка, подойдя к своей коллеге, что продолжала, как идиотка, любоваться Робертом.
— Скажи — красавец? — снова расплылась в улыбке Ленка.
— Жуткие они, — поморщилась Галя, и обе продавщицы направились к выходу.
Через десять минут электрические лампы потухли, и помещение заполнилось синим вечерним светом, проникающим с улицы через большие окна. Роберт продолжал стоять, не двигаясь.
«Кажется, это какой-то магазин, — сделал он вывод. Мир вокруг был нечетким, какая-то пелена на глазах мешала разглядеть всё в деталях. — Какого чёрта со мной происходит? Почему я не могу двигаться?»
Роберт делал невероятные усилия, чтобы пошевелить хотя бы кистью, но это оказалось не так-то просто. Прошла целая ночь, прежде чем он смог повернуть шею и столкнуться взглядом с висевшим на стене большим, залапанным пальцами зеркалом, в котором отражался белый манекен.
«Это что, моя куртка на нём?» — возмутился про себя Роберт, и в этот момент потолок затрещал и загорелся электрическим светом.
Вдалеке хлопнула дверь, послышался звук швабры, окунающейся в ведро, а затем хлесткий шлепок мокрой тряпки об пол. Помещение наполнилось запахом моющего средства, который Роберт не мог унюхать. Он больше не шевелился, продолжая разглядывать в зеркале манекен, на который напялили его куртку. В том, что куртка была его, можно было не сомневаться. Роберт узнал истрепанные манжеты, потертый на кончиках ворот и другие, невидимые чужому взгляду мелочи.
«Что за нелепый прикид?» — Роберт хотел было фыркнуть, увидев безразмерные джинсы и спортивную футболку, дополняющие этот ансамбль, но не смог.
Чьи-то руки коснулись лица Роберта, и то же самое произошло с лицом манекена в зеркале. Голова Роберта и голова куклы в зеркале начали поворачиваться одновременно.
«Нет, не может быть, не может!!!» — Роберту казалось, что он начал задыхаться, но он не чувствовал, что вообще может дышать, и теперь ему стало понятно почему.
Перед его замутненным взором предстало старое некрасивое лицо уборщицы.
— Вот так лучше, — сказала она и, достав из кармана фартука какой-то спрей, пшикнула им в лицо Роберту, а затем растерла всё это тряпкой.
— Я тебе говорю: эти раздолбаи обещали в следующий раз доложить мешок. Я не понимаю, как так можно работать, — послышались эхом уже знакомые голоса.
Через несколько минут в магазин вошли вчерашние продавщицы. Они громко болтали, на ходу поправляя что-то на вешалках.
— Лёшка, ну как, освоился? — спросила, подойдя к Роберту женщина, что нашла его куртку. Она была помоложе и постройнее той, которую, как уже понял Роберт, зовут Галя.
«Я. Не понимаю. Ваш. Язык! — беззвучно кричал Роберт. — Что вы со мной сделали? Где моя Роза?!»
Никто ему не ответил. Женщины отошли от него и принялись заниматься своими делами.
«Я же не кукла? Не кукла? Отвечайте!!!»
