Супруги переглянулись: вот оно что! Оказывается, у них собирается жить Митенька, … батон!
Все помолчали. Федор внимательно посмотрел на побледневшую жену и твердо сказал:
— Извините, но мы вам отказываем!
— То есть, как — отказываете? — хором удивились дорогие гости. — Почему?
— Потому что нам это неудобно! –категорически произнес муж племянницы. И добавил: — Примите это, как факт!
Легко сказать — примите, как факт! Вы уже на что-то нацелились, все рассчитали, и вдруг это обламывается!
Причем, из-за какой-то чепухи: им, оказывается, неудобно! Не графья — потеснятся!
— Почему это — неудобно? — не понял с первой попытки дядя. — У вас же — две комнаты!
— Да хоть три! — ответил Федя. — Нет и все! Очень сожалею, что не оправдали ваших ожиданий!
Кстати, вы так и не объяснили нам степень вашего родства. Поэтому, до сих пор не понятно, кем вы приходитесь Оле.
Вы, ведь, даже не двоюродная сестра моей тещи: вы же про нее ничего не знаете — ни на один вопрос правильно не ответили!
И насчет родни мы бы еще подумали. А для совершенно чужих и посторонних людей есть гостиница.
Поэтому, повторяю: извините, но нет!
— Значит, мы к вам — со всей душой, а вы? — возмутилась тетя Зина, проигнорировав вопрос о степени родства.
Видимо, по тесту ДНК совпадений бы не было от слова совсем…
Помните замечательную фразу из произведения Булгакова? «Да, — грустно согласился Филипп Филиппыч, — я не люблю пролетариата!»
Федька переиначил ее по-своему:
— Да, мы — св…чи! Особенно, я! Поэтому с нами лучше прекратить всякое общение!
— Значит, не пустите пожить Митеньку? — не сдавалась родня.
— Не а: не пустим! Ни Митеньку, ни Витеньку: так всем у себя и расскажите! — предложил Федор.
— Сплошное по. зор.ище: совсем зазнались в своей Москве! — запричитала тетка. — Бедным людям приткнуться негде, а они тут жируют!
Вот мы всем расскажем, какую дочу воспитала Валька!
— А мене эта доча очень даже нравится, и это — главное! — сказал молодой человек. — А вам мы нравиться не обязаны!
Да, кстати: проводить мы вас сегодня не сможем — вызывайте такси!
И это, по мнению родни, оказалось вопиющим хамством: ну, что — до кучи…
Родственники собирались демонстративно и молча: их же обидели, даже оскорбили! Ну, ничего: они еще всем покажут Кузькину маму!
После ухода не попрощавшихся и хлопнувших дверьми родственников супруги выдохнули: неужели все закончилось?
— Спасибо, что ты так меня защищал! Я бы сама, наверное, не смогла!
— Можешь на меня и дальше рассчитывать! — улыбнулся муж. — Только мне кажется, что к нам больше никто не приедет!
— Только не сглазь! — сказала жена. И трижды постучала по дереву.
— Мам, а кто тебе эта тетя Зина? — спросила после отъезда родни Оля у матери: они разговаривали по громкой связи.
— Вроде, считается какой-то родней! — после небольшой паузы сказала мама.
— Посоветуй, пусть пересчитает! — вполголоса произнес Федор.
Супруги переглянулись и рассмеялись: а и правда!
