— Здравствуй, Маша. Это тебе. — Он шагнул через порог и подал ей цветы.
Мария растерялась. Она не ждала его. Думала, не решится прийти снова. Чтобы скрыть смущение и неловкость, ушла на кухню ставить в вазу цветы. Яркое пятно букета удивительным образом украсило кухню.
— У меня рассольник есть. Будешь? — спросила она Василия, когда тот вошёл на кухню.
— Спрашиваешь. Конечно, буду. Не помню, когда его ел.
Мария поставила тарелку с рассольником на стол и достала из холодильника початую бутылку вина, принесённую Василием в прошлый раз, поставила стакан.
-Ешь, я пока котлеты разогрею, — сказала она, но Василий поймал её руку и усадил на стул рядом.
— А в честь чего ты такой нарядный сегодня? Праздник какой? — спросила она.
— Тебя встретил, теперь каждый день у меня праздник, — полушутя ответил Василий.
— Ты ешь, Вася, остынет.
Пить Василий не стал. Вообще он сегодня был какой-то тихий и рассеянный.
— Я пришёл, чтобы сказать… — начал он. — А знаешь что? Поехали ко мне в посёлок. Ты, небось, давно там не была?
— Давно. Когда бабушка умерла, мы дом продали.
— Поехали. Неужели не хочешь увидеть, каким стал посёлок? — Василий не сводил с неё глаз.
— А поехали, — Мария улыбнулась. — Я пойду, переоденусь.
— Только не очень наряжайся. Это же посёлок, а не Москва, — крикнул ей вдогонку Василий.
Мария лишь весело рассмеялась.
— Ну как? — спросила она, вернувшись к нему.
— Тебе всё идёт. Нет, правда. ты очень красивая.
Сегодня Василий называл её Машей, а не Марусей, как раньше. И в этом чувствовалось что-то особенное. Мария не хотела признаваться даже себе, что его визит взволновал её.
В автобусе она смотрела в окно на мелькавшие мимо деревушки, леса и поля. Рядом с почерневшими развалюшками строились двухэтажные коттеджи. Иногда Василий наклонялся к ней, чтобы обратить её внимание на что-то за окном автобуса. Тогда Мария чувствовала его дыхание на своей щеке, ощущала запах одеколона. И краснела, боясь повернуть голову, чтобы Василий не заметил.
Посёлок действительно изменился. Старых домов осталось совсем мало. На месте бабушкиного дома стоял двухэтажный кирпичный дом за высоким железным забором.
Василий повёл Марию к своему участку. Она не ожидала увидеть красивый дом, ухоженный участок с кустами сирени.
— Весной здесь красиво. А помнишь, как я подарил тебе букет сирени в пятом классе?
— Помню. Все девчонки мне завидовали, — улыбнулась Мария.
Василий показал ей дом.
— Хорошо у тебя. Неужели сам построил? — спросила удивлённая Мария.
— Почти. Нет, отделкой мы с отцом занимались, а в какие-то моменты строительства приглашали бригаду профессионалов. Я же военный, а не строитель. Пойдём, я покажу тебе мою гордость, кухню. Шкафы и стол мы с отцом сами делали, — похвастался Василий.
Мария ахнула. Чисто, уютно, светло и много всякой техники. Мечта, а не кухня. Мария разглядывала, хвалила.
— Дом большой, а хозяйки в нём нет, — сказал Василий грустно.
Мария замерла. «Зачем он? Испортил такой хороший день», — с сожалением подумала она.
