Лида тяжело вздохнула. Кажется, избавиться от Витьки будет сложнее, чем она думала… Шли дни, складываясь в недели. Витька, как ни странно, действительно устроился на работу курьером. Правда, особого энтузиазма в поисках собственного жилья не проявлял. «Вот-вот, еще чуть-чуть подкоплю», — отмахивался он от настойчивых намеков Лиды. А потом случилось то, чего Лида боялась больше всего. Коля, ее ненаглядный муж, неожиданно попал в больницу с острым аппендицитом. Операция прошла успешно, но впереди была долгая реабилитация.
— Ничего, родная, справимся, — бодрился Коля, лежа на больничной койке. — Ты только не переживай. Лида кивала, глотая слезы. Ей предстояло в одиночку тянуть дом, ухаживать за мужем и.…терпеть Витьку.
Тот, как ни в чем не, бывало, продолжал жить у них. Более того, теперь он чувствовал себя чуть ли не хозяином положения.
— Лидок, а че у нас на ужин? — развалившись на диване, интересовался Витька, когда измотанная Лида возвращалась из больницы.
— А ничего, Витя, — огрызалась она. — Руки не дошли.
— Эх ты, хозяюшка, — укоризненно качал головой Витька. — Ладно, я пиццу закажу. Тебе какую? Лида молча уходила на кухню, чтобы не сорваться. Каждый день был как хождение по минному полю. Одно неверное движение — и рванет.
Вечер выдался особенно тяжелым. У Коли поднялась температура, врачи говорили о возможных осложнениях. Лида, измученная тревогой и усталостью, вернулась домой за полночь. В квартире царил полумрак. Только из гостиной доносились приглушенные звуки телевизора. Лида на цыпочках прошла мимо, стараясь не потревожить спящего Витьку.
— О, явилась! — раздался его насмешливый голос. — А я уж думал, ты там с каким-нибудь доктором закрутила.
Лида застыла, не веря своим ушам. В голове зашумело, перед глазами поплыли красные круги.
— Что ты сказал? — тихо спросила она, медленно поворачиваясь к Витьке.
Тот, видимо, уже изрядно набравшись, развалился на диване с бутылкой пива в руке. На журнальном столике громоздилась гора пустых бутылок и коробок из-под пиццы.
— Да ладно тебе, чего ты? — ухмыльнулся Витька. — Я ж по-родственному шучу. Это стало последней каплей. Все накопившееся за эти недели — страх за мужа, усталость, раздражение — вырвалось наружу бурным потоком.
— По-родственному?! — закричала Лида, чувствуя, как дрожит от ярости. — Да какая ты мне родня, паразит?! Забрался в чужой дом, сидишь на шее, да еще и язвишь?! Витька опешил от такого напора. Попытался встать, но только неуклюже завалился обратно на диван.
— Ты чего разоралась-то? — пробормотал он. — Я ж ничего такого…
— Ничего такого?! — Лида чувствовала, что ее несет, но остановиться уже не могла. — А кто обещал съехать? Кто клялся, что вот-вот найдет квартиру? Две недели, говорил! Уже два месяца прошло!
— Ну извини, — Витька попытался изобразить раскаяние, но вышло плохо. — Не срослось пока. Ты ж понимаешь, времена сейчас такие…
