Утром следующего дня Алина встретила её на пороге. Галина Сергеевна, стройная, ухоженная, с чемоданом на колесиках и сумкой в руке, вошла, как будто всегда тут жила. — Ну, наконец-то добралась, — сказала она, осматриваясь. — Просторно. Светло. Только запах краски ещё стоит. Алина сдержала вздох: — Мы недавно отделку закончили. — Знаю. Всё красиво, но… — она провела пальцем по подоконнику, — пыль. Сразу видно — без хозяйской руки.
Роман спустился с лестницы, сияя: — Мама! Ну наконец-то! Он обнял её, и в его голосе было столько искренней радости, что Алине стало не по себе.
— Я на недельку, — сказала Галина Сергеевна, — пока жильё подыщу. У нас хозяйка квартиры с ума сошла: цену подняла, а ремонт обещанный не делает. Вот думаю, может, продать её совсем, а себе что-то купить поменьше. — Правильно, — поддержал Роман. — У нас поживи спокойно. У нас места хватит, правда, Алиночка? — Конечно, — ответила она ровно, хотя внутри всё клокотало.
Первые два дня прошли спокойно. Галина Сергеевна вставала раньше всех, варила кофе, жарила яичницу, включала новости на всю громкость. Вечером смотрела сериалы, сидя в кресле, которое Алина купила для себя. Алина старалась не обращать внимания. Но к третьему дню началось.
— Алин, а зачем вы спальню на первом этаже сделали? Там же сырость будет. — Не будет, там утеплитель хороший. — Всё равно неправильно. Надо наверху. А то ноги тянуть будет.
Или так: — Алин, я вчера стиралку включала — она что-то гремит. Ты фильтр чистила? — Мы сами стираем, спасибо. — Так я же помочь хотела.
Алина сдерживалась. Она даже старалась думать, что это забота. Но вечером, когда Галина Сергеевна сказала Роману, что «Алина, конечно, старается, но хозяйство — это не её стихия», терпение начало трещать.
— Мам, ну не говори так, — мягко заметил Роман. — У Алины и работа, и дом, она старается. — Да я просто сказала. Не обижайся, Алин. Просто вижу, что тебе тяжело. А женщине в доме должно быть легко, понимаешь?
Алина промолчала, хотя внутри всё кипело. «Женщине должно быть легко» — сказала та, кто разрушает её покой с первой минуты.
В пятницу вечером они с Романом сидели на кухне. — Ром, — начала она осторожно, — ты говорил, мама на неделю. — Ну да. — А она сегодня спросила, где можно купить занавески в её комнату. — Может, просто хочет уютнее сделать? — Ром, занавески — это не на неделю. Он посмотрел на неё виновато, потер лоб. — Ну подожди. Может, просто тянет время, пока квартиру не найдёт.
Алина хотела поверить. Хотела. Но уже понимала, что это не «неделя». Это надолго. Потому что за ужином Галина Сергеевна мимоходом сказала: — Ромочка, я тут подумала: а если я комнату себе внизу оставлю, а вы наверху обустроитесь? Так удобнее. — Мама, мы спальню внизу специально делали, чтоб не бегать по лестнице. — Ну вот, а мне как раз тяжело наверх подниматься.
