— Нет, Дима, я не успокоюсь! — повернулась я к мужу. — Ты видел, как они себя ведут? Ты слышал, что твой племянник сказал нашей дочери вчера? А твоя мама? Она специально ломает мои вещи!
— Ой, какая нежная, — фыркнула свекровь. — Всегда найдет, к чему придраться.
— Вон! — неожиданно для себя крикнула я. — Все вон из моего дома!
Андрей сделал шаг ко мне:
— Ты вообще в себе? Это же дом моего брата!
— И мой тоже! — Я повернулась к Дмитрию. — Выбирай. Или они уходят сегодня, или… или ухожу я.
В комнате стало тихо. Все смотрели на Дмитрия. Он стоял, опустив голову, потом медленно поднял глаза:
— Лин… они же родня…
Этого было достаточно. Я развернулась и вышла из кухни. За спиной раздался торжествующий голос Людмилы Сергеевны:
— Ну вот, все уладилось. Давайте чай пить.
Я закрылась в спальне, уткнувшись лицом в подушку. Впервые за долгие годы я подумала о разводе.
Я провела всю ночь без сна, уставившись в потолок. Рядом посапывал Дмитрий — он заснул сразу, как будто сегодня ничего особенного не произошло. В пять утра я тихо встала и начала собирать вещи.
Две сумки — для меня и детей. Документы, лекарства, несколько игрушек. Я аккуратно сложила всё, что могло поместиться в багажник машины.
В шесть тридцать раздался стук в дверь спальни.
— Мам? — Катя заглянула в комнату, потирая глаза. — Ты уже встала?
— Да, солнышко. Быстро собирайся, мы едем к тёте Маше.
— Нет, — я натянула на себя куртку. — Только мы с тобой и Мишей.
Дочь хотела что-то спросить, но увидела моё лицо и кивнула. Через пятнадцать минут дети были одеты. Мы уже шли к выходу, когда в коридоре появилась Людмила Сергеевна в растрёпанном халате.
— Это куда так рано? — она прищурилась.
— Уезжаем, — коротко бросила я, не останавливаясь.
— Как это уезжаете? — её голос стал резким. — Дмитрий знает?
Я развернулась к ней:
— Сообщите ему, когда проснётся. Скажите… скажите, что мы у подруги.
Свекровь скрестила руки на груди:
— Ты совсем с ума сошла! Бросаешь мужа из-за пустяков?
— Пустяков? — я засмеялась. — Вы разбили мои памятные вещи, ваши родственники превратили наш дом в свинарник, ваш внук обижает моих детей, а мой муж… — голос дрогнул, — мой муж выбрал вас.
Я резко открыла дверь. В этот момент из гостиной выбежал Глеб.
— А куда это они? — он ухмыльнулся. — Выгоняете их, бабуля?
Катя крепче сжала мою руку. Людмила Сергеевна ничего не ответила, только зло сверкнула глазами.
Мы вышли. У подъезда я усадила детей в машину, когда за спиной раздался знакомый голос:
— Куда ты опять собралась? Мама же должна приехать!
Дмитрий стоял на крыльце в одних спортивных штанах, босый, с растрёпанными волосами.
— Мы уезжаем, — сказала я, садясь за руль.
— Ты что, серьёзно? — он подбежал к машине. — Из-за вчерашнего? Лин, давай поговорим…
— Разговор был вчера. Ты сделал свой выбор.
Я завела двигатель. Дмитрий схватился за ручку двери:
— Подожди! Ты не можешь просто так забрать детей!
— Могу, — холодно ответила я. — Попробуй меня остановить.
